Топ-100

Владислав Ветров: «Мой герой близок людям»

0
Хотя в обширной фильмографии актера, режиссера и сценариста Владислава Ветрова более 120 ролей, среди которых немало главных, критики все же считают его уникальным мастером второго плана.
— Владислав, можно сказать без преувеличения, что роль главного инженера отеля «Элеон» Бориса Леонидовича — дяди Бори — принесла вам поистине народное признание. Насколько вам близок этот персонаж?
— Главная черта дяди Бори — простодушие. Мне его было легко играть, так как я сам отчасти таков. На мой взгляд, чем простодушнее человек, тем он по-доброму смешнее. Как и многие люди его профессии, мой герой любит, так сказать, сглаживать неровности рабочего процесса рюмочкой коньяка. Он близок и понятен многим людям. А если говорить о том, похож ли дядя Боря на меня, скажу честно: очень. У него и рост мой, и глаза того же цвета. Готовясь к роли, я пытался суммировать свои жизненные наблюдения. Например, для моего героя свойственна некая напускная строгость в отношениях. Это вообще свойственно нашим мужчинам, которые, по сути, перед женщинами тают, но характер показывают обязательно.
— Как начался ваш путь в профессию?
— Я сразу знал, кем буду. Но мои родители от актерства далеки: отец — военный летчик, мать — авиационный технолог. Они настояли, чтобы я выбрал профессию «серьезную» — поступил в Радиотехнический институт. Что я и сделал, но играть никогда не прекращал. Сначала — в школьном театре, потом — на сцене Таганрогского театра драмы имени А.П. Чехова. А после окончания технического вуза, не имея специального актерского образования, устроился туда на работу. К 24 годам у меня уже было 14 ролей в спектаклях. В Москву я перебрался в 2002 и тогда же был принят в труппу театра «Современник», на сцене которого играю и сегодня.
— С вами бывали забавные случаи во время пребывания в отелях?
— Не поверите, но я сам полжизни провел в отелях — тогда они еще назывались гостиницами. Самый распространенный казус — это когда попадаешь не в свой номер. Типовая архитектура способствует путанице. Но не только у меня такое случалось. Помню, Валентин Гафт рассказывал случай, произошедший с ним в Германии, — он жил в номере гостиницы вместе с Юрием Никулиным. Когда поздно вечером вместо Никулина в номер случайно пришел подзагулявший немец, то Гафт отчитал его серьезненько, что, мол, поздно, да еще подшофе: думал, что это Никулин. Немец убежал, испуганный.
— Роли расписаны на годы вперед?
— Слава богу, я не всегда дядя Боря. У меня, конечно, есть и планы, и роли, но артист существует только в момент исполнения. А то, что он предполагает, или то, что он уже сыграл, — никакого значения не имеет. Но я стараюсь загружать себя работой. После двух-трех дней простоя становится уже тревожно. В этом году у меня, кроме «Гранда», несколько проектов — это фильмы «Если наступит завтра» и «Один вдох». В «Современнике» я по-прежнему служу. Так что не обделен.
— Сильно ли различается игра в театре и, например, в сериале?
— Если за три часа спектакля не произвел впечатления на зрителя, ты пропал как артист. А вот в кино можно повторять еще, еще и еще раз. Порой слышу: игра в сериале? Каждый сможет. Но это смотря какой сериал: что сам артист от роли хочет, как себя ощущает и видит в этой работе. Если относится как к проходному моменту, ну, значит, в этом его беда.
— У вас есть роль, которую мечтаете сыграть?
— Не уверен, что должна быть такая профессиональная цель. Если не дойдешь до нее — разочаруешься, а если все случится, то разочаруешься, что все позади. Надо быть верным самому процессу!
— Ваши родные следят за вашими достижениями?
— В моей семье нет такого. Ну, вот никто не смотрит ни передачи, ни фильмы с моим участием, никогда интервью не читают. Мне не обидно, я привык. Беру другим. На мне большая ответственность: у меня же четверо детей, внуки. Сын Данила — талантливый архитектор и музыкант, Анастасия освоила профессию «связей с общественностью», двое других пока еще учатся. Так что работа работой, а жизнь идет своим чередом.
Татьяна Белоножкина http://uv-kurier.ru
Share.

Comments are closed.