В Венесуэле запущен сценарий свержения президента Николаса Мадуро. Его победу на выборах не признают оппозиция, соседи и даже партнеры Венесуэлы из числа латиноамериканских левых, ну и, конечно, США, однако госпереворот начался в крайне неудачный для Вашингтона момент. Поэтому шансы на то, что Мадуро опять выстоит, велики, хотя и не абсолютны.
Бунты в Венесуэле
Николас Мадуро победил на президентских выборах в Венесуэле, но какие бы цифры ни вывесил на табло избирком, защищать свою власть придется упрямством и силой. Венесуэльскую «оппозиционерку» зовут Мария Корина Мачадо, только она не эрзац политика, а самый настоящий политик – признанный лидер оппозиции и главный мотор борьбы с Мадуро. В выборах она, однако, не участвовала: ее отказались регистрировать как одного из организаторов попытки государственного переворота в 2014, когда уличные толпы попытались свергнуть Мадуро в первый, но далеко не в последний раз.
А вот кандидатом в президенты от врагов Мадуро стал Эдмундо Гонсалес – 74-летний интеллигентный дипломат в отставке, малоизвестный даже на родине. По данным официальных властей, Гонсалес набрал на выборах 44% против 51% с лишним у Мадуро. Оппозиция, ссылаясь на параллельный подсчет части голосов, дает Гонсалесу аж под 70%.
Мачадо сразу поставила вопрос ребром, на ходу проскочив стадию «мирного протеста». Военных она призвала свергнуть Мадуро силой оружия, сторонников – к всеобщей стачке с перекрытием дорог. Многие прислушались. Массовые протесты, сопровождаемые беспорядками, прошли в столице страны Каракасе, в ее округе, в штатах Ансоатеги, Апуре, Арагуа, Баринас, Боливар, Гуарико, Карабобо, Кохедес, Ла-Гуайра, Лара, Мерида, Миранда, Нуэва-Эспарта, Португеса, Сулия, Тачира, Трухильо, Фалькон и Яракуй, передают телеканал «TeleSUR» и издание «Nacional». Сообщается о 23 пострадавших военных в ходе беспорядков в Венесуэле.
В Каракасе демонстранты планировали прорваться в аргентинское посольство, они забрасывали стражей порядка бутылками с зажигательной смесью, в ответ правоохранители применяли газ. В штате Ансоатеги оппозиционеры хотели снести статую поэта Хосе Эрнандеса, но их действия пресекли, злоумышленников задержали. Также участники беспорядков сожгли статую бывшего главы государства Уго Чавеса в другом штате в городе Коро. Толпу это, понятное дело, не красит, тем более что Чавес – не Мадуро, а Мадуро – не Чавес. И в этом главная беда нынешнего президента.
У Мадуро нет энергии, идей, харизмы, авторитета, принципов и многих талантов предшественника. От Венесуэлы Чавеса в современной Венесуэле мало что осталось: щедрые социальные программы правительства никто не отменял, но денег на них нет. Безработица, преступность, нищета – такова сейчас боливарианская республика. Столь же нефтеносная, как и при Чавесе, но другая – латиноамериканский аналог Киргизии или Таджикистана.
К настоящему моменту уже девять латиноамериканских стран отказались признать официальные результаты выборов в Венесуэле под предлогом их сфальсифицированности. Из семи из них Мадуро незамедлительно отозвал послов. Самая влиятельная в этом списке – Аргентина под управлением провашингтонского эксцентрика Хавьера Милея, то есть случай настолько особый, что можно было бы в расчет не брать. И особенно не любит Мадуро Гайана, которой он совсем недавно грозился введением войск и возвращение спорной провинции Эссекибо с её нефтеносными джунглями. Судя по всему, это было частью его предвыборной кампании: возврат Эссекибо для венесуэльцев – многолетняя мечта. Однако на власти Венесуэлы ополчились не только правые, но и многие левые правительства, где про Вашингтон слова доброго не скажут.
Чем недовольны оппозиция и ЛатАм. В чем причины?
Политическая и экономическая роль эмиграции. Эмиграция началась еще при Чавесе, но многие миллионы (по разным оценкам, до трети населения) выехали в 2014-2019 годах при первых избирательных кризисах Мадуро. Общая сумма присланных ими на родину денег оценивалась в 2023 г. в 5 млрд. долларов, фактически они содержат сегодня венесуэльские низы. То есть, Венесуэла сейчас зависит от них в смысле выживания экономически. И прервать связь «оставшихся» с ненавидящими Мадуро «уехавшими», как бы ни хотелось Мадуро, не представляется возможным.
Гибель чавистской модели «социально-экономических лифтов». У Чавеса было понятное предложение бедным: заберем ресурсы у богатых и распределим среди вас. На это накладывался националистический компонент – богатые были, как правило, потомки белых и представители диаспор. Бедные – потомки индейцев, метисы и креолы. После того, как в несколько раундов имущество богатых и средних перераспределили разными способами, а страна заехала под жесткие санкции, – повышать благосостояние социальных низов стало нечем. А модель перешла к прямому распределению все уменьшающихся благ и питанию за счет «врагов режима» – эмигрантов. Это не то, что обещал Чавес.
В «команде» – внутренний кризис. Мадуро последовательно сгрыз выдающихся чавистов вроде своего и Чавеса «номера два» Диосдадо Кабельо – координатора победы над Гуайдо в 2019, занимавшего на момент отставки в декабре 2020 г. пост председателя Национальной конституционной ассамблеи Венесуэлы. В результате часть собственного политического класса, так или иначе ориентировавшаяся на сожранных сегодня, оказались в скрытой оппозиции.
Кризис поддержки на внешнем контуре. Впервые «левые» и «правые» страны Латины выступают примерно единым фронтом по «венесуэльскому направлению». Защищать Мадуро левые режимы Латинской Америки больше не хотят. Лула да Силва – главный лоббист возвращения Венесуэлы в латиноамериканскую семью народов: «Мадуро должен учиться: когда ты побеждаешь, ты остаешься, когда проигрываешь, ты уходишь. Уходи и готовься участвовать в следующих выборах».
А что Мадуро сделал на выборах? Удивительно мало (но, возможно, это и есть его нынешний максимум). Перебрали кандидатов от оппозиции и подобрали спарринг-партнером дедушку-интеллигента Гонсалеса, максимально классово неподходящего для оставшихся в Венесуэле избирателей и неизвестного им, забанив последовательно ряд сколько-нибудь ярких кандидатов (и прежде всего Марию Корину Мачадо – нынешнее лицо венесуэльской оппозиции). Ограничили доступ разными административными способами на потенциально нелояльные участки внутри страны и на участки за ее пределами для эмигрантов. При этом обещаний со стороны Мадуро практически не было. Как и ярких презентаций проектов и демонстраций потенциала «лучшего будущего» для населения Венесуэлы. Он буквально обещал «продолжение того, что есть», а не светлое будущее. Что не очень для левого политика.
Стоит ли ждать «цветной революции» после выборов? Скорее нет, чем да. И главным спасителем Мадуро оказывается та самая эмиграция, которая его ненавидит и желает его ухода. Внутри Венесуэлы нет тех людей, которые достаточно активны, чтобы выходить на улицы и менять власть. Они пляшут с венесуэльскими флагами по всему латинскому миру – от Мадрида до Мехико и Копакабаны. А армия не выглядит в достаточной степени неудовлетворенной своим местом в очереди распределения благ, хотя оппозиция к ней и обратилась с призывом «взять власть».
Из-за страха перед Трампом Мадуро может устоять
В самом Вашингтоне с уверенностью в голосе заявили, что «официальные результаты не отражают волю народа Венесуэлы» – и взяли паузу. Выжидают – устоит Мадуро или нет. Сейчас ряд обстоятельств складываются в его пользу, в первую очередь та самая массовая эмиграция недовольных из Венесуэлы. Параллельно это создает для власти Мадуро и уязвимость – венесуэльская экономика стала критично зависимой от зарубежных переводов и может окончательно схлопнуться при режиме блокирующих санкций.
Но есть и еще одно важное обстоятельство: администрации президента США Джо Байдена не выгодна эскалация отношений с Каракасом – такая, чтобы блокирующие санкции действительно пришлось вводить, а не просто угрожать ими. Последние три года Белый дом, напротив, ослаблял экономическую удавку, сняв часть ограничений с окружения Мадуро и венесуэльской нефтяной отрасли, чтобы стабилизировать цены на черное золото. Теперь этот мотив – один из ведущих. Демократы в Вашингтоне хотят смены венесуэльского режима, но не любой ценой. Любую цену они готовы заплатить за другое – за то, чтобы в Белый дом не вернулся республиканец Дональд Трамп в результате выборов в ноябре 2024. А цены за баррель, несомненно, вырастут, если «взрывать» Венесуэлу без гарантии результата, как при предыдущих попытках крестового похода на Мадуро и вторичном блокировании венесуэльской «нефтянки». Если Мадуро сейчас устоит, США вряд ли будут пытаться его добить – этот сценарий в Вашингтоне хотели бы отложить на следующий, 2025, год, избежав критичных рисков для рынка энергоносителей.
В Пекине, а также у давних и персональных союзников Мадуро в Латинской Америке – на Кубе, в Боливии и примкнувшем к ним Гондурасе – признают официальные результаты и не оспаривают победу преемника Чавеса. Никаких политических поводов для этого нет.
Пускай Мадуро не стал вторым Чавесом для собственного народа, но он верен его заветам на международной арене: Вашингтон Венесуэле враг. Кроме того, Мадуро плотно удерживает контроль над армией, силовиками и «нефтянкой». Тем не менее, режим очевидно стареет. Становится все более «тусклым» и «грустным», все менее похожим на искрящийся идеями справедливости чавизм.
Источник: «Взгляд», t.me/glebsmith77