По мнению многих экспертов, на статус самой страдающей от техногенного воздействия части Мирового океана сегодня вполне может претендовать Сиамский залив, а, точнее, его шельф, принадлежащий Таиланду. В числе факторов, способствующих такому положению дел, — стареющая инфраструктура, растущий спрос на топливо, мизерные штрафы и «декоративные» методы борьбы с утечками.
Жители прибрежных районов, особенно рыбаки, бьют во все колокола. Как оказалось, для ликвидации разливов местные службы используют не сорбенты, поглощающие нефть, которые впоследствии можно собрать, а диспергаторы, причём в больших количествах. Эффект от их эксплуатации прямо противоположный, они не впитывают маслянистые пятна, а, напротив, рассеивают их, создавая видимость отсутствия проблемы. Но в реальности углеводороды вместе с самим поверхностно-активным веществом попросту растворяются в воде, что ведёт к их постепенному накоплению в заливе и повышению его токсичности. Например, в 2022 году в Департамент по контролю загрязнения окружающей среды Таиланда был подан запрос на 5 тысяч литров диспергатора. Вначале он был отклонён, но затем добро на применение «растворителя» всё же было получено, причём, общественность в конечном итоге так и не узнала о том, какой конкретно объём антропогенных отходов попал в залив.
А вот информация о самой аварии, которая, собственно, и послужила причиной всей этой полупрозрачной истории, в открытых источниках имеется. 25 января 2022 года около 47 тысяч литров сырой нефти вылилось из нефтепровода Star Petroleum Refining вблизи города Мап Та Пхут в провинции Районг. Точнее сказать невозможно, поскольку плотность различных сортов чёрного золота варьируется.
Впрочем, в сентябре 2023 года на шельфе Таиланда случилось ещё более крупное ЧП. На этот раз утечка произошла из танкера, принадлежащего дочерней компании государственного конгломерата PTT — Thai Oil. Первоначально её масштабы оценивались в 45 тысяч литров, но позже возросли до 60 тысяч.
Всего в период с 2015 по 2021 год, то есть, за семь лет, Департамент морских и прибрежных ресурсов страны задокументировал 146 прецедентов, связанных с обнаружением сравнительно крупных масляных пятен на поверхности прибрежных вод в 23 провинциях государства. А в 2022 году только в Сиамском заливе было зафиксировано 22 таких случая. То есть, их периодичность, очевидно, становится выше.
Для того, чтобы изменить неблагоприятную тенденцию, необходимы существенные инвестиции, которые позволят усовершенствовать профильные технологии и сделать логистику более безопасной. Однако руководители компаний, занимающихся транспортировкой нефти, не мотивированы к крупным вложениям в модернизацию своей инфраструктуры. Им гораздо проще заплатить штраф, который составляет всего 60 тысяч бат. Это менее 2 тысяч долларов США. Правда, сверх этой суммы виновники ЧП также должны компенсировать издержки на очистку акватории, а также возместить ущерб пострадавшим сторонам. Но обычно это не те суммы, расставание с которыми может трансформировать ментальность бизнесменов, так что в целом никаких оснований для изменения конъюнктуры пока нет.
Впрочем, вполне возможно, вскоре они появятся, ведь 837 жителей побережья Районга в 2023 году подали иск к компании Star Petroleum Refining на сумму 5 миллиардов батов (около 138 миллионов долларов США). Они утверждают, что причиной аварии, произошедшей в январе 2022 года, стало ненадлежащее техническое обслуживание физически устаревшего трубопровода. А её следствием – резкое сокращение популяции в районе ЧП рыбы, крабов, кальмаров и креветок, что снизило объём улова и самым негативным образом повлияло на качество жизни рыбаков.
Сложно сказать, согласится ли тайская Фемида с заметно возросшими аппетитами местного населения. Вполне возможно, они покажутся ей несколько завышенными. Особенно, если учесть, что компания British Petroleum (BP) в общей сложности заплатила за ущерб, нанесённый разливом нефти в Мексиканском заливе после аварии на её платформе Deepwater Horizon, «всего лишь» 20,8 млрд. долларов. Объём утечки тогда составил порядка 650 тысяч тонн, то есть, оказался примерно в 15 тысяч раз выше.
Максим Ратников, «Форпост»