Маргарита Суханкина: «В “Мираже” я была лишней»

0

В конце 1980-х голос Маргариты Суханкиной звучал на всех дискотеках. Под ее фонограмму пели многочисленные солистки легендарной группы «Мираж». Сама Маргарита выходить на поп-сцену не хотела: в то время она мечтала о карьере оперной певицы в Большом театре. Тайна «Миража» была раскрыта в начале 2000-х. В это время Суханкина ушла из Большого и решилась наконец выйти из тени. Так, почти 20 лет спустя Маргарита стала не только голосом, но и лицом возрожденной группы «Мираж».

– Вы тщательно скрывали тот факт, что солистки группы «Мираж» выступают именно под вашу фонограмму. Широкой общественности об этом стало известно в начале нулевых. Но знаете ли вы, что слухи об этом подвохе поползли по Москве еще в конце 80-х?
– Конечно, знаю. У меня раздавались звонки в квартире. Я не знаю, откуда люди узнавали. Я просила уже родителей брать трубку, сама не подходила к телефону. Причем, люди прямо с криком требовали: «Пожалуйста, дайте нам Маргариту! Мы знаем, что это она поет, что это ее голос, и мы хотим убедиться. Пожалуйста, дайте нам с ней поговорить». Просто умоляли!
– А как вы думаете, кто все-таки слил тайну «Миража»?
– Отчасти это была и моя вина, потому что я имела неосторожность дать одно интервью, причем, газете «Культура». Там прямо на обложке был мой портрет и было написано «Невидимка становится реальностью» или что-то типа того. Девушка-корреспондент обещала, что она не напишет ничего такого, будет молчать про «Мираж» и, якобы, будет рассказывать про мою классическую карьеру. Но, естественно, она зацепилась за эту тему и всех слила. Конечно, консерватория, Большой театр – это все здорово и интересно, но такие «жареные» факты…
– Ваши отношения с Наталией Гулькиной и Светланой Разиной, с которыми вы пели в возрожденном «Мираже», безвозвратно испорчены. Но при этом у вас приятельские отношения с Татьяной Овсиенко и Ириной Салтыковой, которые не принимали участие в возрожденном «Мираже».
– Да, абсолютно ровные и нормальные.
– Может быть, все-таки причина этих внутренних распрей в коллективе кроется в том, что вы попросту не готовы ни с кем делить сцену и славу?
– Нет, это не мой подвох, причина не во мне. Я человек, который всю жизнь рос в коллективе. Для меня коллективное творчество – это норма. Моя музыкальная жизнь началась в детском хоре, потом Большой театр, консерватория. Я везде была в коллективе, у меня везде были партнеры. И сосуществовать с кем-то на сцене для меня никогда не было проблемой. А дальше – уже известная история, когда начались распри, потому что Наташа Гулькина изначально была звездой. Вот как раз Наташа – тот человек, который не умеет работать в команде, она не командный игрок.
– А Света Разина?
– Там другие проблемы, более сложные, скажем так. На психологическом уровне.
Была одна скандальная история в коллективе, которую пришлось даже прикрывать легендой о том, что вы и Андрей Летягин (основатель группы «Мираж», продюсер) живете в гражданском браке. Что за скандал вы прикрыли таким образом?
– Вот как раз уход Наташи. Это было коллективное, продюсерско-директорское решение. Хотите – верьте, хотите – нет: мы с Андреем настолько разные люди, у нас настолько разные интересы! Эта легенда возникла, потому что нам очень не хотелось, чтобы Наташин уход было каким-то взрывом бомбы. Поэтому мы решили замутить свадьбу!
– Ваш первый брак – в общем-то, благополучный – развалился из-за вашей карьеры. Но примой Большого театра вы не стали. Не жалеете ли вы, что сделали тогда выбор в пользу сцены, а не мужа?
– Был период, когда я очень много и часто об этом думала. Да, я понимала, что там могла бы быть семья, дети. Он настаивал на том, чтобы я не пела. Он говорил: «Пожалуйста, можешь петь у меня в ресторане, если тебе очень хочется». Но я-то видела себя звездой всемирной оперной сцены! Жалела, да. С другой стороны, я понимала, что он был (и есть) такой человек – наверное, это свойство всех мужчин, я со временем это поняла, – который прямо задавливал.
– Тиран?
– Не тиран, но авторитарный: «Я так сказал – и все!» Причем, мы же сейчас общаемся! Мы нашли друг друга. Где-то года два назад меня нашла его нынешняя жена. Она написала мне письмо, сказала, что воспитывает своих детей на моей биографии! Написала мне все телефоны и пригласила к ним в гости, в Швейцарию. Я думаю: дай-ка наберу. Он поднял трубку и обалдел – совершенно никак не ожидал.
– Шесть лет назад вы взяли из детского дома Сережу и Леру. Как у них дела, как учеба?
– По-всякому. Лерка послушная, старательная, ну а Сережа – пацан. Но я его не ругаю. Вот Сережа прямо с порога, размахивая дневником, кричит: «Мам, у меня двойка сегодня!» Я говорю: «Чему ты так радуешься, я не пойму никак?!» Я сказала им: «Я вас ругать не буду, но имейте в виду – это ваша голова, ваша учеба, ваша жизнь. Это то, что вам понадобится». Ну, стараются. Мама для них – самый главный цензор и критик.
– В одном интервью вы говорили, что считаете самым неудачным второй брак, потому что именно в этом браке сделали аборт, после которого не смогли родить. Вы простили своего бывшего мужа за это?
– Это было очень тяжело. Мне сделали аборт на позднем сроке. Это была действительно трагедия, потому что после этого врачи запретили мне рожать. Я в других браках пыталась родить, но были сплошные выкидыши. Было очень тяжело, было много слез. Я никак не могла пережить эту потерю, потому что я очень хотела детей. И, конечно, я очень долго не могла простить мужа. Я долго носила в сердце эти потери. Но потом я перечитала огромное количество разной литературы, и сейчас, конечно, у меня совершенно другой подход к жизни. Я понимаю, что то, что уже не срослось и никогда уже не повторится, надо просто перешагнуть и идти дальше, не оглядываясь.

Анжелика Радж
«Мир» (mir24.tv)

Поделиться.

Комментарии закрыты