Леонид Марков: «Роли играл, женщин любил»

0

Он обожал театр, но не доверял кино, хотя его экранные образы в фильмах «Мой ласковый и нежный зверь», «Гараж», «Следствие ведут знатоки» помнят многие.

Брат и сестра

Леонид Марков родился 13 декабря 1927 года в селе Алексеевском. Его отец был актёром провинциальных театров, мама – гримёром. Каждые пять-шесть лет семья Марковых переезжала. Они побывали в Иваново, Кинешме, Якутске, Ашхабаде, Саратове и Вологде. Жили скромно, но весело. В актёрских семьях так заведено, что детей часто вводят в спектакли, и маленький Лёня дебютировал в пять лет в спектакле «Хижина дяди Тома».

В семь лет он играл в театре вместе со своей сестрой – Риммой Марковой. «Чем был замечателен спектакль: там мальчик был старше, а девочка – младше. Мы играли наоборот. Брат был беленький, никому и в голову не приходило, что мы – наоборот», – вспоминала Римма Маркова. Но Леонид в детстве театр не любил. У него были другие пристрастия: он хорошо рисовал, вырезал по дереву и лепил. И мечтал стать художником.

Школу Леонид и Римма окончили в Вологде. Там же они поступили в студию при местном Вологодском драматическом театре, где художественным руководителем была Лия Ротбаум, которая поняла, что Леонид Марков способен на большее, и повезла его показывать в Москву, прихватив заодно и Римму. В 1947 году двадцатилетнего Леонида вместе с сестрой приняли в театральную студию, а потом и в Театр Ленком, которым руководили Иван Берсенев, Софья Гиацинтова и Серафима Бирман. «По вечерам мы с братом обязательно куда-нибудь ходили. Я сохраняла программки, которых к концу года собиралось до трёхсот. Это значит, что почти каждый день мы были или на концерте классической музыки, или в театре, или на выставке», – вспоминала Римма Маркова.

Леонид быстро стал популярным благодаря театральным подмосткам. А вот в кино на значимые роли ему не сильно везло. Ни одна из его картин не раскрыла подлинного таланта артиста. В итоге фильмография Маркова, как сказал один из его друзей, это «всё равно что винегрет, сделанный по случаю поваром экстра-класса».

«Он мог быть разгульным и в то же время ранимым»

Две темы, на которые Марков мог говорить бесконечно, – это женщины и театр. Поклонниц у него было много. А про театр он однажды сказал так: «Отруби мне руку, я смогу найти себе место в жизни. Отруби мне ногу, и я приспособлюсь. Но если лишить меня театра, то я умру».

Его первый брак распался из-за ревности жены. И два следующих оказались неудачными. А с последней женой Еленой Марков жил 20 лет, до самой смерти. «Мы познакомились на телесъемках спектакля, – рассказывала Елена Владимировна. – Я тогда работала инженером на телевидении. Произошла неувязка с цветом, Лене надо было поменять рубашку, и я подошла к нему с этой просьбой. Обычно звезды капризничают, а он поднял глаза, как ребенок, и спрашивает послушно: «Куда идти? Где переодеваться?» В ту же минуту я и влюбилась! Нам было интересно вместе, несмотря на разницу в возрасте – когда познакомились, ему было 43, мне 27. Он много читал, многое знал.

Мы могли разговаривать часами! Любили подолгу жить на даче, нам никогда не было скучно вдвоем. Он прекрасно рисовал, дома остались его картины. Он был мощной спиной, охранял меня – когда умер, я почувствовала это. Наверное, наша жизнь не была гармонией – всякое случалось, но это была яркая палитра. Настолько яркая, я не могла бы даже близко сравнить с Леней. Жалею только о том, что не родила. Он говорил: «Ты – мой ребенок, я – твой». Потом пожалела».

За год до смерти Елена и Леонид вместе приняли крещение. Когда женщина захотела креститься, даже не думала, что муж ее поддержит. А он сказал, как будто думал об этом уже давно: «И я с тобой». Леонид Ивтифьев рассказывал: «Конечно, ему, наверное, нравилось, что его любили зрители. Актерская профессия очень тщеславная, но в нем не было этого тщеславия. В жизни он был сложный. Но я могу сказать, что хорошего было в нем больше, чем плохого.

Он мог быть разгульным и в то же время очень ранимым человеком. В нем потрясающе совмещались несовместимые вещи. Внешне он казался сильным, а ему могли нахамить, и он терялся, не знал, как ответить. На гастролях он часто приглашал всех в свой номер и вытаскивал из холодильника гору — всё, что есть: еду и выпивку. В ресторане ВТО на Горького вокруг него всегда собиралась большая компания. Он не был жмотом, всегда всех угощал. Он мог занять денег у тебя, на них же тебя угостить, а на следующий день вернуть их. В компании мог очень болезненно подколоть кого-нибудь, припомнить что-то не очень приятное. Но мог и извиниться, позвонить утром и сказать: «Прости меня, это не я, это водка во мне говорила».

В 1985 году он сыграл в фильме «Змеелов» человека, умирающего от рака, а шесть лет спустя умер от рака уже по-настоящему. Когда его пришли навестить коллеги, Марков, видя боль в их глазах, сказал: «Бунтовать не надо. Роли играл, женщин любил, было много всего, хорошего больше». В 1990 году ему предложили роль Сатаны в картине «Отель «Эдем», и Леонид согласился. Съемки завершились в конце февраля 1991 года. Однако 1 марта к Маркову пришел технический директор и сообщил, что при озвучивании одна фраза, сказанная его героем – Сатаной, не получилась: «Безобразие на земле начинается тогда, когда появляется на ней чистая, светлая душа». Марков отправился в тон-студию, чтобы переозвучить фразу заново. Сразу после этого ему внезапно стало плохо, и его отвезли в больницу. Там он через два дня умер. Это случилось 2 марта 1991 года.

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам Chtoby-pomnili.net, C-cafe.ru

Поделиться.

Комментарии закрыты