Милена Радулович: «Иногда казалось, что мы не совсем на Земле»

0

Молодая сербская актриса рассказала о съемках мистического триллера «Кольская сверхглубокая».

История самой глубокой горной выработки в мире, закрытой в 1994 году, окружена легендами и мифами. Говорят, опущенные на глубину 12 тысяч метров микрофоны записали звуки, похожие на крики и стоны, после чего скважину стали называть колодцем в преисподнюю. Об этом месте снимается мистический триллер «Кольская сверхглубокая», премьера которого намечена на осень. Главную роль сыграла молодая сербская актриса Милена Радулович, известная по фильму «Балканский рубеж». Впрочем, Милена занята еще в нескольких проектах, так что, имеет все шансы обогнать по популярности своего соотечественника Милоша Биковича, с которым, между прочим, она оканчивала один актерский вуз в Белграде.

— Милена, чем вас привлек проект «Кольская сверхглубокая»?
— Да хотя бы тем, что в основе фильма — реальные события. Когда предложили сценарий, я стала искать сведения о знаменитой скважине и поняла, что сюжет меня влечет. Это, кстати, моя первая главная роль, сыгранная на русском языке. К тому же моя героиня присутствует абсолютно во всех сценах фильма — подобного опыта у меня еще тоже не было. Да и по поводу многого другого в «Кольской сверхглубокой» могу сказать «впервые».

— Например?
— Например, раньше я никогда не снималась в экшен-сценах, а сейчас на 95 процентов трюки выполняю сама. Для этого понадобились два месяца тренировок с каскадерами. Зато теперь приятно ощущать в теле силу и уверенность.

Еще я впервые побывала на Севере. Наши съемки проходили в феврале — было ощущение, будто мы на каком-то фантастическом ледяном краю мира, озаренном северным сиянием. Иногда даже казалось, что мы не совсем на Земле. Просто мистическое место, где может случиться что угодно. Наконец, очень понравилась еда, все эти своеобразные, необычные морепродукты. Уверена: я еще туда вернусь! Но не буду лукавить: минус 30 и метель, которые нам обещали в Териберке, — это не то, к чему я привыкла. Но когда мы приехали, погода нас порадовала. Стало солнечно, температура поднялась до 16-10 градусов мороза. Я мерзла, но все вокруг говорили: да что ты, это же почти лето! Пришлось поверить.

— А саму Кольскую скважину видели?
— Нет, она пока недоступна для посещений. И в этом тоже есть своя загадка, интрига. Ведь это проект, который по трудозатратам сравнивают с иной космической экспедицией. Мы снимали рядом, в руднике Заполярный, на глубине 200 метров под землей. Там тоже, представьте, глубоко. К моему удивлению, продюсеры предоставили мне свободу действий: я могла сама определять, каким образом реагирует моя героиня на те или иные обстоятельства.

— Расскажите немного про вашу героиню.
— Тут интересное попадание в сегодняшнюю ситуацию, хотя фильм задумывался до нынешней пандемии: эта героиня — ученый-эпидемиолог, талантливая и амбициозная. Но в карьере по причинам, от нее не зависящим, не все складывается удачно, и ей предлагают поработать над секретным проектом. На этот образ наложили отпечаток место и время действия: 1984 год. Я старалась узнать побольше про тогдашнюю жизнь в стране, про взаимоотношения людей, про их чувства. Там, например, есть любовная линия. Так вот, в 80-е отношения между молодыми людьми развивались медленнее, зато чувства были глубже, чем сейчас. Так, кстати, и моя мама говорила.

— Вы хорошо говорите по-русски. Где учили язык?
— Несколько лет назад, чувствуя интерес к русской культуре, начала брать частные уроки. А перед фильмом «Кольская сверхглубокая» со мной два месяца специально занимались произношением.

— Когда у вас возник интерес к русской культуре?
— Во время учебы на факультете драматического искусства в Белградском университете — там преподают по системе Станиславского. Но русскую литературу я любила и прежде — мы еще в школе изучали ее, а в университете ей отводилось почти два года. Играли Гоголя, Достоевского, Вампилова, Разумовскую… Мой любимый писатель — Достоевский, он мне, можно сказать, саму жизнь менял несколько раз. Любимый роман — «Братья Карамазовы» — сформировал мое отношение к религии. В университете переломной работой для меня стала роль Лизы в «Бесах». Я долго над ней мучилась, а когда сделала, поняла: дальше будет легче.

— А что вы скажете о нынешнем сербском кино?
— Коммерческого кино все меньше, снимают в основном артхаусные фестивальные фильмы или сериалы. У нас переняли новый западный тренд, создав несколько интернет-платформ, на которых показывают сербские многосерийные фильмы. И это, как выяснилось, на пользу всем: за последние три-четыре года выросло и качество, и количество проектов.

Кроме того, в Сербии, имея западные деньги, очень выгодно снимать фильмы, и многие режиссеры этим пользуются. В эпизодах они занимают местных артистов, хорошо знающих английский. Меня дважды приглашали в подобные проекты на небольшие роли, один раз я оказалась на съемочной площадке бок о бок с Беном Кингсли.

— Милена, как сейчас в вашей стране относятся к Западу?
— Открытого антагонизма нет, хотя, конечно, все помнят о бомбежках, ведь их последствия ощущаются до сих пор. С другой стороны, американская культура — кино, музыка. Некоторые сербы уезжают работать в США. Хотя я бы не сказала, что мы считаем американцев друзьями.

— Расскажите, как вы прошли через испытание пандемией?
— Без особых драм. Посидела дома, как все — в Белграде ведь даже объявляли комендантский час. В чем-то самоизоляция была для меня даже приятна и интересна. Я люблю готовить, хотя, честно говоря, результаты не всегда радуют, кулинария — непростое искусство. Начала заниматься йогой. Посмотрела все фильмы, на которые давно положила глаз, да все не хватало времени. Прочитала несколько интересных книг. А главное, выспалась после долгой работы с перегрузками.

Анна Чепурнова
«Труд»

Share.

Comments are closed.