Николай Быстров: «Раньше в озвучке было по-другому»

0

Николай Быстров – не только актёр театра и кино, но и мастер дубляжа. Его голосом говорят Дэниэл Рэдклифф в фильмах о Гарри Поттере и многие другие известные персонажи. О себе и своих родителях — актёрах Борисе Быстрове и Ирине Савиной — он рассказал «СЗ».

Медведь Балу говорил голосом папы

— Николай, вы родились в актёрской семье. Наверное, это и предопределило ваш путь?
— Да. Впервые в озвучку я попал ещё ребёнком, когда нужны были детские голоса. Сперва ведь спрашивали актёров: «Есть ли у кого-нибудь дети? Есть? Приводи, посмотрим!» А ещё родители часто брали меня на студию звукозаписи «Мосфильма», и мне очень нравилось смотреть, как они работают. Папа озвучивал диснеевские мультфильмы, в том числе медведя Балу в «Книге джунглей», попугая Яго в «Аладдине». А вместе с мамой они озвучивали небезызвестных «Симпсонов». Кстати, раньше в озвучке было всё немного по-другому: это были характерные и яркие роли старой школы дубляжа, тонкие актёрские работы. Они вдохновляли, хотелось научиться работать так же.

— Когда вы впервые снялись в кино?
— Когда мне было 12 лет, впервые позвали на кинопробы в телесериал «За кулисами» режиссёра Игоря Талпы. И я прошёл. Перед съёмками со мной села мама и сказала: «В этой сцене ты будто хочешь этого, а в этой сцене ты так, а дальше всё как в жизни». Всё просто. В сериале снимался Виталий Соломин, у меня с ним было много сцен. Оказаться с настоящей легендой кино в кадре или на сцене — большая удача. Соломин был чрезмерно внимателен, вкрадчив и всё время смотрел с прищуром, как будто подозревал меня в чём-то.

От мальчика с черепахой до «Тайной комнаты»

— Какой была первая работа в озвучке? И как вы стали голосом Дэниэла Рэдклиффа?
— Первую работу я не очень помню. Там было что-то про мальчика и черепаху. Я был ещё совсем маленький и не умел даже читать. Со мной работала знаменитая Ярослава Георгиевна Турылёва. Она мне наговаривала текст, я его запоминал и потом повторял в микрофон. Мне мягко сжимали плечо, чтобы я понимал, в какой момент нужно начинать работать. А первым моим крупным проектом в дубляже был фильм «Меркурий в опасности» с Брюсом Уиллисом. Потом была «Матрица», где моим голосом говорил мальчик, который гнул ложки, а ещё через несколько фильмов случился «Гарри Поттер». Первую часть знаменитой саги озвучил Алексей Елистратов, но потом решили, что голос слишком взрослый. Меня взяли по кастингу в «Тайную комнату». Для меня это была крутая работа, сложная и интересная. Кстати, самой сложной сценой в фильме для меня оказалась та, где главный герой видит Чжоу Чанг и прыскает соком… У меня никак не получалось сделать этот «пфть», долго мучились.

— Вы сразу пошли на актёрский после школы?
— Был запасной план по поступлению в Институт иностранных языков, но я всё-таки пошёл на актёрский. Мама помогла мне составить чтецкую программу, которую я сначала прочитал педагогу сценической речи в Школе-студии МХАТ Анне Николаевне Петровой — она учила ещё моего папу, а потом мою маму. Анна Николаевна сказала: «Пусть попробует поступить». И я попробовал. Прошёл на конкурс в ГИТИС, МХАТ и в Щепкинское. Выбрал Щепку. Меня взяли на курс к Николаю Николаевичу Афонину. После учёбы я год проработал в Театре армии, затем шесть лет в Театре имени Ермоловой, где всю жизнь проработали мои родители. А потом стало много работы по озвучке, и я ушёл.

Елена Харо, «Северо-запад»

Share.

Comments are closed.