Николай Лесков: «Во мне любить нечего»

0
Со дня рождения писателя исполняется 190 лет

Теперь Лесков – признанный классик. И трудно представить, что когда-то он был одним из самых противоречивых литераторов своего времени.

Бурный киевский период

Николай Лесков родился 4 (16) февраля 1831 года в селе Горохово Орловской губернии. Его дед был священнослужителем в селе Лески Карачевского уезда, откуда пришла и фамилия писателя. Рос Лесков практически беспризорным. Позднее именно детским годам писатель был благодарен за прекрасное знание народной жизни. Потом мальчика отправили учиться в орловскую гимназию. За пять лет Николай окончил полностью только два класса и оставил гимназию с удостоверением, не дающим права на дальнейшую учебу в лицее и университете. Позднее он не раз будет жалеть о тогдашнем легкомыслии – отсутствие дипломов впоследствии доставило Лескову много неприятностей. Но в 16 лет он, полный сил, поступает на службу чиновником той же уголовной палаты, где работал его отец.

Через два года, по собственному прошению, Николая переводят на службу в Киев. Десять лет там – самый бурный период жизни Лескова. Он начал работать в казенной палате, поселившись у своего дяди по линии матери. Профессор Сергей Алферьев был известным врачом и педагогом Киевского университета. Пока Лесков жил в его доме, то облазил все местные кабаки и пивнушки. В Киеве Николай также впервые влюбился по-настоящему – в дочку киевского богача Ольгу Смирнову. У пары родились сын (он рано умер) и дочь. Но вспыльчивые, эмоциональные супруги все меньше ладили, со временем Ольга начала проявлять признаки психического заболевания и последние 30 лет жизни провела в доме для умалишенных.

Лесков посещал вольнослушателем лекции в университете, изучал польский язык, увлекся иконописью, принимал участие в религиозно-философском студенческом кружке, общался с паломниками, старообрядцами, сектантами. Он пробует свои силы в публицистике. Даже его ранние статьи написаны хорошим сочным языком. Впрочем, публицистом Николай был едким, что и повлекло за собой конфликт на службе и увольнение.

Лесков переехал в Петербург, но временами всё же наведывался в Киев. И познакомился тут со следующей своей любовью. На Подоле увидел симпатичную женщину Катерину Бубнову. Она, как и Лесков, формально была несвободна, но давно уже не жила с надоевшим мужем. Катерина родила ему сына Андрея, ставшего биографом отца.

Скандальная слава

Вернувшись в Петербург, Николай сначала пишет статьи, потом пробует себя в художественных очерках, дальше берется за рассказы. Впрочем, основную известность в ту пору ему приносили статьи в «Северной пчеле». Захваченный бурной общественной жизнью того периода, Лесков высказывал свою точку зрения, задевая даже друзей и наживая недругов.

Летом 1862 года произошли знаменитые петербургские пожары, вызвавшие страшное возбуждение в народе. Пронеслись слухи, что виновники пожаров – антиправительственно настроенные студенты. Были случаи нападения на студентов, заподозренных в поджигательстве. В «Северной пчеле» вышла статья Лескова, которая вызвала оглушительный резонанс. В ней он категорически требовал, чтобы полиция или официально представила доказательства того, что поджигают студенты, или официально же опровергла нелепые слухи. Саму статью мало кто читал, но быстро распространилась молва, что Лесков связывает петербургские пожары с революционными стремлениями студентов. Напрасно Николай боролся с совершенно неверным толкованием своей статьи: легенда создалась прочно, и имя Лескова стало предметом самых оскорбительных подозрений. На его репутацию легло клеймо политического провокатора, поддерживающего власть в борьбе против свободомыслия. От автора заметки отвернулись знакомые, в либеральной части общества ему публично выказывали презрение. Эта незаслуженная обида произвела огромное впечатление на Лескова. Писатель порвал с либеральными кругами и круто повернул в другую сторону.

В сентябре 1862 года он покидает Петербург и отправляется в качестве корреспондента «Северной пчелы» в продолжительную командировку в Европу. Вернувшись домой, писатель под псевдонимом Стебницкий начинает печатать свой первый большой роман «Некуда» – сатирическое изображение нигилистической коммуны. Позднее Лесков сам признавал, что книга написана поспешно и под влиянием мстительной злости на многих современников. Прообразы героев были более чем узнаваемы, Николай вписал в сюжет даже историю любви со своей гражданской женой Екатериной Бубновой. Впрочем, он и сам признавался: «Я выдумываю тяжело и трудно, и поэтому я всегда нуждался в живых людях. Они мною овладевали, и я старался воплощать их в рассказах, в основу которых тоже весьма часто клал действительное событие. Так почти написано все, а по преимуществу роман «Некуда».

Роман создал автору огромную, но далеко не лестную известность. По Петербургу ходили ложные слухи, что, написав «Некуда», Лесков якобы исполнил прямой заказ полицейского управления. Раззадоренный резонансом, писатель делает все, чтобы укрепить и без того нелестную репутацию, печатая несколько памфлетов и повестей, а позже роман «На ножах» – еще более злой и желчный, но самый слабый в художественном плане из всего литературного наследия Лескова. На фоне всего этого малозаметно для широкой публики прошла публикация повестей, впоследствии признанных одними из лучших вещей писателя: «Леди Макбет Мценского уезда» и «Воительница».

Бурная, сложная, неоднозначная в силу личностных качеств жизнь привела его к болезни – тяжелой форме стенокардии (в то время ее называли грудной жабой). Последние четыре года жизни больной Лесков продолжал работать. Тогда же он, словно догоняя ушедшую молодость, влюбился. Его переписка с молодой писательницей Лидией Ивановной Веселитской – это почтовый роман о поздней и неразделенной любви. В своих письмах к ней Лесков доходит до самоуничижения: «Во мне же любить нечего, а уважать и того менее: я человек грубый, плотяной, и глубоко падший, но неспокойно пребывающий на дне своей ямы».

Умер Николай Лесков 5 марта 1895 года. После его смерти был найден запечатанный конверт с бумагой, озаглавленной «Моя посмертная просьба». Помимо указаний о похоронах там есть строки: «Я знаю, что во мне было много дурного и что я никаких похвал, ни сожалений не заслуживаю. Кто хочет порицать меня, тот должен знать, что я сам себя порицал. Прошу затем прощения у всех, кого я оскорбил, огорчил или кому был неприятен».

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Церковная православная газета» , Funeral-spb.narod.ru, «Сегодня»

Share.

Comments are closed.