Ольга Кабо: «Бессмысленно воспринимать меня секс-символом из 90-х»

0

На первом международном кинофестивале «Герой и время» актриса Ольга Кабо впервые показала свой сольный литературный спектакль «Бушует снежная весна». Прозвучали стихи Блока, Ахматовой, Цветаевой.

— Съемки в кино — это та же машина времени, с ее помощью артисты путешествуют по разным векам. Куда чаще заносило вас?
— Действительно, благодаря профессии я постоянно путешествую во времени. В фильме Аллы Суриковой «Две стрелы» побывала в первобытнообщинном строе, в картинах Сергея Тарасова «Приключения Квентина Дорварда, стрелка королевской гвардии» и «Рыцарский замок» попала в средневековье. В «Бесах» Игоря Таланкина играла героиню Достоевского. Снималась и в сказках, и в современных лентах.
— А где бы вам хотелось задержаться?
— Ну, сама-то я человек XXI века, мне комфортно жить здесь и сейчас. Хотя принято свой век хулить, но я не буду. Мне он нравится.
— Сегодня в индустрии господствуют сериалы — их выпускают охотнее и чаще, чем большое кино. Но многие профессионалы и зрители считают такой формат уступкой высокому вкусу. Для вас съемки в сериалах — компромисс?
— Все зависит от материала — сериал сериалу рознь. Стараюсь тщательно примерять на себя сценарии. Не очень понимаю ситкомы, мне кажется странным наложенный на изображение глупый смех предполагаемой публики за кадром. А вот в многосерийных фильмах работаю с удовольствием! Хорошие истории существуют. Главное, чтобы эти картины вышли на экран и нашли своих зрителей.
— А вы приходите на ток-шоу, если зовут?
— Прихожу, но очень избирательно. Важно, чтобы программа не была плоской, крикливой, злой. А если она об искусстве, о творческих событиях, о наших актерских делах — соглашаюсь. Живой, открытый диалог с телезрителями — это же здорово, интересно. Но всегда обговариваю на берегу темы, имена собеседников и формат передачи.
— Впервые вы попали на съемочную площадку в 15 лет. Мир кино показался вам сказкой или…
— Нет, для меня кино никогда не было ни чудом, ни сказкой. Я с детства поняла, что это тяжелый, изнурительный труд, где не все получается сразу, нужно много работать и не всегда ты встречаешься с объективностью. Вот уж точно — истина рождается в споре. Приходится постоянно «доказывать себя». Когда-то, на заре моей кинокарьеры мне приклеили ярлык лирической героини. До сих пор борюсь с ним, стремлюсь играть характерные, отрицательные, даже возрастные роли, которых от меня не ждут.
— Откуда вы берете эмоциональный материал для строительства роли?
— Знаете, в нашей среде есть выражение: «Вся дрянь — в актерскую копилку». То есть, когда с нормальным человеком происходит что-то плохое, он старается это вычеркнуть из жизни, забыть и идти дальше — в счастье и любовь. Артисты же в сложной и трагической ситуации стремятся запомнить любые мелочи — «что я сейчас чувствую, как реагирую, где у меня болит». И все для того, чтобы в нужный момент открыть тайный ящик души и выплеснуть эмоции, необходимые для создания образа персонажа.
— Скажите, какая роль стала для вас затратной настолько, что вы не сразу освободились от ее влияния?
— Мне кажется, не выходить из образа после съемочного дня или сыгранного спектакля — опасная для здоровья вещь. Это уже диагноз. Усталость — да, опустошенность — да, перевозбуждение — всегда. Но своя собственная жизнь все же ярче тех, что выписаны даже самыми талантливыми авторами. Именно здесь ты главный творец, именно ты в ответе за свое будущее. А для меня, как это ни покажется кому-то странным, самая затратная — это роль мамы, жены, дочери.
— Вы спокойно относитесь к тому, что зрители хотят знать детали личной жизни известных артистов?
— Нет, вот этого я не понимаю! Актера проще «прочитать», когда он на сцене: именно там, на подмостках, даже находясь в образе, он настоящий. Вы его слышите, видите, даже можете чувствовать его аромат, если сидите близко к сцене. А любые статьи о нашем брате — лишь взгляд со стороны. Например, я в интервью рассказываю только о том, чем хочу поделиться, стараюсь создать собственный образ или разрушить надоевший миф. Бессмысленно в XXI веке по-прежнему воспринимать меня секс-символом 90-х. Сегодня я другая, со своей новой историей и жизненным опытом. Ну, а что готовит нам завтрашний день, никто толком не знает.
— Вы начали сниматься еще школьницей, много работали в тех 90-х и востребованы сейчас. Что или кто помогает вам держаться на плаву?
— Мои родители совсем не связаны с искусством — они инженеры. Когда я выбрала актерский путь, они меня сразу предупредили, что помочь в этом деле никак не смогут. И супругов-кинопродюсеров у меня не было. Поэтому всё, чего достигла или не достигла, — моих собственных рук дело, благодарить или обвинять некого. Я по натуре боец, для которого в работе не существует слова «нет». Член Ассоциации каскадеров — профессионально сижу в седле, умею держать в руках холодное оружие: шпаги, рапиры, мечи. Как сценическая актриса служу в театре имени Моссовета, а кроме образования, полученного во ВГИКе, окончила искусствоведческое отделение исторического факультета МГУ. Мне интересно с самой собой, люблю свою семью, поэзию Серебряного века и путешествия. Живу полной жизнью и с удовольствием занимаюсь творчеством.
— Никогда не возникало соблазна бросить нервное актерское дело и стать просто женой и мамой?
— Возможность такая была, но это не мой путь. Я хочу быть интересна, во-первых, своим детям, во-вторых, своему мужчине. Да и себе самой тоже. Уверена: ни одна жертва не оправдана. Я и дочку свою учу: каждая женщина должна быть — в правильном смысле! — эгоисткой. Если мне хорошо, я чувствую себя гармонично — значит, все, кто рядом со мной, будут счастливы. Если я растерзана, недовольна, несчастлива, не сделала того, что задумала, — такая я никому не нужна.

Анна Владимирова http://trud.ru

Поделиться.

Комментарии закрыты