Скандальная любовь Ольги Палей

0
Она стала женой младшего сына императора Александра Второго

«Ее очарование было столь притягательным, что, называя ее за глаза «хищницей, выскочкой», «дамой-полковницей», – добрая половина великосветского Петербурга считала честью для себя позавтракать или отобедать именно у нее, графини Гогенфельзен, княгини Палей», – писали исследователи ее биографии.

Светские рауты у Лёли

Ольга Валериановна Палей (урожденная Карнович) появилась на свет 14 декабря 1865 года в Санкт-Петербурге в семье действительного статского советника и камергера Валериана Гавриловича Карновича. Маленькая Лёля, как называли девочку родные, в детстве мало чем отличалась от своих сверстниц: хорошо училась, запоем читала, сама пробовала сочинять стихи, занималась традиционно музыкой и танцами. Современники отмечали, что девочка имела удивительные для ребенка чувства такта и собственного достоинства.

В неполные двадцать лет Ольга была выдана родителями замуж за поручика конной гвардии, обрусевшего шведа Эриха Герхарда фон Пистолькорса. Всего за три с половиной года стала матерью троих детей – сына и двух дочерей. Роды, однако, не испортили ее фигуру. Ольга Пистолькорс устраивала приемы, которые славились своей изысканностью и придирчивым отбором приглашенных. Молодая, изящная супруга офицера быстро сходилась с людьми, умела покорять сердца. Она прекрасно пела, почти профессионально играла на фортепьяно, была в курсе всех литературных новинок и могла поддержать любой, самый сложный разговор.

Довольно скоро вокруг «милейшей Ольги Валериановны» составился кружок преданных ей поклонников, среди которых числились дядя будущего императора Николая II Великий князь Владимир Александрович и его супруга – Великая княгиня Мария Павловна. Она не только приглашала мадам фон Пистолькорс на чаепития к себе на Дворцовую набережную, но и не гнушалась наносить ответные дружеские визиты. Это открыло Ольге возможность заводить знакомства в высшем свете.

Благодаря расположению Владимира Александровича, являвшегося командующим царской гвардией, стремительно развивалась и карьера Эриха фон Пистолькорса, который довольно скоро стал полковником. На блестящие рауты к «маме Лёле» в скромный полковничий дом собирались все сливки великосветского общества Петербурга.

В какой-то момент постоянным гостем на этих раутах стал овдовевший Великий князь Павел Александрович. Младший сын императора Александра Второго, славившийся изяществом вкуса и пристрастием к игре в любительских театральных постановках, был покорен артистизмом хозяйки дома. У них начался роман. Кстати, первой в своих чувствах призналась Ольга, написав Великому князю стихотворение:

«Я не могу забыть то чудное мгновенье!
Теперь ты для меня и радость и покой!
В тебе мои мечты, надежды, вдохновенье
Отныне жизнь моя, наполнена Тобой.
В тебе еще, мой друг, сильно воспоминанье,
Ты прошлое свое не можешь позабыть,
Но на устах твоих горит уже признанье
И сердцу твоему вновь хочется любить!
И я люблю тебя! Я так тебя согрею!
В объятиях моих ты снова оживешь.
Ты сжалишься тогда над нежностью моею
И больше, может быть, меня не оттолкнешь!»

Скандал в императорском семействе

В декабре 1897 года Ольга родила от Павла сына Владимира. Мальчик носил фамилию Пистолькорс, поскольку только осенью 1901 года его мать получила от мужа развод. Она практически в открытую переехала в дом Великого князя. Хотя Павел Александрович и был вдовцом, его связь с Ольгой Пистолькорс нарушала все негласные законы царской семьи. Великие князья не могли жениться на неравнородных, то есть, не принадлежавших к одному из правящих родов Европы женщинах. Более того, разведенные женщины вне зависимости от происхождения автоматически лишались доступа к императорскому двору. Назревал скандал. Двух детей Павла Александровича от первого брака забрала к себе под опеку и увезла в Москву тетя Элла – Великая княгиня Елизавета Феодоровна, супруга старшего брата Павла Великого князя Сергея Александровича.

Один из современников писал в своих воспоминаниях, что мадам фон Пистолькорс была уверена, что «царь очень привязан к своему дяде и не станет ломать его будущее из-за того, что тот узаконит отношения, о которых и так все знают». Но император ответил отказом. Более того, он пригрозил за неповиновение суровым наказанием: пожизненным изгнанием, снятием со всех постов и должностей и лишением всех доходов. В январе 1902 года Николай II оставил запись в дневнике: «Вернувшись домой, имел нервозный и весьма грустный разговор с дядей Павлом относительно его желания жениться на О. В.».

Несмотря на это, 10 октября 1902 года в Ливорно состоялась церемония бракосочетания великого князя и Ольги Пистолькорс. Николай II писал императрице – матери Марии Феодоровне из Ливадийского дворца в Крыму: «Я узнал об этом от Плеве из Петербурга, а ему сообщила мать мадам Пистолькорс. Несмотря на источник такого известия, я желал проверить его и телеграфировал дяде Павлу. На другой день я получил от него ответ, что свадьба совершилась и что он пишет мне. Через десять дней это письмо пришло. Вероятно, как и в письмах к тебе, он нового ничего не сообщает, а только повторяет свои доводы. Управляющий двором сообщил мне, что в день отъезда своего за границу дядя Павел приказал ему дать в вагон 3 миллиона рублей из своей конторы, что и было исполнено. Из этого вполне видно, что дядя Павел заранее решил провести свое решение в исполнение и все приготовил, чтобы остаться надолго за границей. Еще весною я имел с ним крупный разговор, окончившийся тем, что его предупредил о всех последствиях, которые его ожидают, если он женится. К всеобщему огорчению, ничего не помогло. Как все это больно и тяжело и как совестно перед всем светом за наше семейство!»

Возвращение

Через год после свадьбы, в 1903 году, Ольга родила великому князю дочь Ирину, а в 1905 году в семье появилась на свет младшая дочь Наталья. За границей Ольга Валериановна получила для себя и детей баварский титул графов фон Гогенфельзен. Со временем Павлу Александровичу удалось добиться прощения императора и права вернуться на родину. Графиня Гогенфельзен также получила разрешение пересечь российскую границу. Однако, между Николаем II и дядей отношения стали очень прохладными. При дворе поговаривали, что не последнюю роль в этом сыграла императрица, подливавшая масла в огонь.

«С виду их отношения стали нормальными, но обида и оскорбленное достоинство лишили их сердечности. Двор Великого князя Павла быстро приобретал популярность в петербургском обществе», – писал в начале XX века начальник дворцовой канцелярии. Но своей сердечностью и неуемной энергией Ольга расположила к себе юную цесаревну Татьяну, и та, возможно, сумела повлиять на царственных родителей и августейшую бабушку. В 1915 году брак с Великим князем Павлом Александровичем был признан законным, а сама Ольга и их дети получили княжеский титул и фамилию Палей.

Вскоре новоиспеченная княгиня была впервые приглашена в Аничков дворец на семейное чаепитие к вдовствующей государыне Марии Феодоровне, а через несколько дней ее приняла и молодая императрица Александра Феодоровна. В конце аудиенции Ольга преподнесла ее величеству небольшой сборник стихов своего сына Владимира. Несколько дней спустя Александра Феодоровна в одном из писем императору написала, что «очарована прелестью строк юного князя-стихотворца» и часто перечитывает подаренную книгу.

Аресты и эмиграция

Вскоре после начала Первой Мировой Великий князь Павел Александрович вновь поступил на военную службу – командиром Первого гвардейского корпуса, затем инспектором войск гвардии, а его супруга принялась деятельно хлопотать о размещении в одном из этажей своего дворца большого лазарета для раненых. О том времени Ольга Валериановна пишет: «Война в те дни была в самом разгаре. Муж мой, Великий князь Павел Александрович, с июня командовал Первым Гвардейским корпусом, а сын Владимир, ненаглядный мой мальчик, отсидев двадцать месяцев в окопах, поступил адъютантом к отцу. Все лето, каждый божий день, два самых любимых моих человека рисковали жизнью».

А затем грянул 1917 год. Потом Ольга не сможет себе простить, что в свое время не спасла мужа и сына: «Увы! Поздней, когда государя сослали в Тобольск и ничто нас в Царском не удерживало, они-то, ценности, предметы искусства, и погубили нас! Нам бы уносить ноги, пока не поздно, а мы сидели как пришитые, не в силах расстаться с любимыми вещами. Могла ли я помыслить, что отдам за них самые мои великие сокровища: жизнь мужа и жизнь сына! Могла ли допустить, что русский наш народ поднимет руку на невинных? Тогда, в апреле 1917, моя старшая дочь, графиня Крейц (ныне княгиня Кудашева), решила ехать в Швецию с сыном, мальчиком девяти лет. Она часто навещала нас в Царском и, по совету умных и зорких друзей, советовала уехать и нам. Господи, почему не послушалась я девочки своей, почему не добилась, не настояла? Не были б мы теперь с дочерьми человеческими отбросами».

Пережив арест и смерть мужа и сына, Ольга Палей вслед за дочерьми в 1919 году бежала в Финляндию. Оттуда перебралась во Францию, где они с мужем, возвращаясь в Россию из вынужденного изгнания, оставили в парижском банке приличную сумму денег. У княгини развилась страшная болезнь – рак. Лишь срочная операция спасла Ольгу Валериановну: «Она вышла на свет. Смертельно бледное, прозрачное лицо, невероятно постаревшее, в морщинах. Она как-то стала меньше ростом, вся ссохлась. На ней был темный вдовий убор, отделанный черным крепом. Позже к ней вернулось присутствие духа, ее поразительная живучесть поборола душевную подавленность, пробудился интерес к жизни. Иначе быть не могло – она была нужна дочерям; но раны не зарубцевались, они кровоточили, как в первый день», – вспоминала Мария Павловна, приехавшая к Ольге Валериановне в 1920 году.

Царскосельское собрание из особняка Палей после национализации распределили по государственным музеям. Ольга Палей умерла в Париже 2 ноября 1929 года, похоронена на кладбище «Коломб».

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам Polit.ru, Tsarselo.ru

Поделиться.

Комментарии закрыты