Удивительная судьба Михаила Кошкина

0
Он не дожил до триумфа своего детища – танка Т-34

После окончания Второй мировой войны Уинстона Черчилля спросили, какое оружие было решающим в только что отшумевших военных действиях. Он ответил: «Английская линейная пушка, самолет «Мессершмитт» и танк Т-34. Но если о первых двух мне известно все, то я никак не могу понять, кто и как создал чудо-танк».

Рабочий кондитерской фабрики

Несмотря на широкую известность имени конструктора, при котором закладывались основы «тридцатьчетверки», о его жизненном пути и даже об истории создания этой легендарной машины известно мало. Михаил Кошкин родился 21 ноября (3 декабря по новому стилю) 1898 года в деревне Брынчаги Угличского уезда Ярославской губернии. Семья рабочего Кошкина была бедной. В 1905 году отец, тяжело трудясь на лесоразработках, надорвался и умер. Мать осталась с тремя малолетними детьми на руках, и Михаилу пришлось помогать ей зарабатывать на кусок хлеба. Мальчик вместе с братом Сергеем учился в церковно-приходской школе, потом отправился в Москву.

Дочь Кошкина Елизавета Михайловна через много лет рассказывала: «Миша как старший, чтобы помочь матери, ушел на заработки, пешком с торбой сухарей за плечами и лаптями наперевес, как Ломоносов. Он направлялся к какому-то родственнику матери, она дала ему записку с адресом. Но буквально в первый день, не дойдя до места, он наткнулся на драку, несколько сильных мальчишек избивали одного слабого. Он вмешался, выручил того, кто слабее, но в драке потерял записку. Он остался один без денег и знакомых, но тут его подобрал рабочий Московской кондитерской фабрики. Этот мастер и его жена выходили моего отца и устроили на фабрику». Подросток проявил усердие и склонность к обучению, быстро прошел путь от подсобника до мастера цеха, проработав на фабрике с 1909 по 1917 год.

В своей автобиографии Кошкин писал, что с февраля 1917 года служил в армии Керенского рядовым. Весной того же года в составе 58-го пехотного полка он был отправлен на Западный фронт. В августе 1917 года получил ранение и находился на лечении в Москве. Потом получил отпуск и в конце 1917 года был демобилизован.

«Детей угощал конфетами, а зарплату выдавал женам»

Служба в Красной Армии начинается у Михаила Ильича с 15 апреля 1918 года в железнодорожном отряде, сформированном в Москве, в который он поступает добровольцем. Летом и осенью того же года участвует в боях под Царицыном. Затем, в 1919 году, он переводится в Петроград и проходит службу в 3-м железнодорожном батальоне. Тот перебрасывается на Северный фронт, принимает участие в освобождении Архангельска. Многие источники говорят о том, что именно там будущий конструктор и его сослуживцы впервые столкнулись с английскими танками «Рикардо». Может быть, тогда Кошкин и пришел к осознанию мощи и перспективности бронированных машин, создание которых стало смыслом его жизни.

После расформирования Архангельского фронта 3-й железнодорожный батальон был срочно переброшен на Польский фронт. По дороге Кошкина свалил тиф, его сняли с эшелона, но благодаря своему крепкому молодому здоровью он выжил.

После выздоровления Михаила Кошкина направили в 3-ю железнодорожную бригаду, в рядах которой он участвовал в боях против барона Врангеля на Южном фронте. Смелого, инициативного и решительного бойца отправили в Москву, в университет – в Михаиле рассмотрели перспективного руководителя. В 1924 году выпускнику университета Кошкину поручили руководство кондитерской фабрикой в Вятке. Там он проработал до 1929 года на различных постах, повстречался со своей будущей супругой, Верой Катаевой, они поженились.

Дочь Елизавета о том периоде рассказывала: «Я родилась в Вятке, в келье Трифонового монастыря, где мы и жили. Там же отец организовал курсы ликбеза, учился сам и учил других. Он окончил всего лишь два класса церковно-приходской школы и всю жизнь писал с ошибками, но был при этом человеком знания. Кстати, на эти же курсы он отправил мою няньку, а потом способствовал ее поступлению в медицинский институт. Он всегда заботился о людях. Еще один яркий пример: будучи начальником фабрики, в день выдачи зарплаты он собирал у себя в кабинете жен своих сотрудников с детьми. Детей угощал конфетами, а зарплату выдавал на руки женам, чтобы вятские мужики не пропили все деньги».

Новый крутой поворот

В 1929 году, в возрасте 31 года, в числе «парттысячников» первых наборов (выдвиженцев из рабочей среды, направляемых в высшие технические учебные заведения с целью замены старых специалистов) Кошкин был зачислен в политехнический институт на кафедру «Автомобили и тракторы». Вера Николаевна поехала с мужем. У них была комната в общежитии, по вечерам Михаил зубрил английский и своим произношением очень смешил жену. Брат Веры Николаевны работал на «Ленфильме», и семья Кошкиных пересмотрела все киноновинки. Ещё студентом Кошкин работал в конструкторском бюро завода, изучая модели иностранных танков, закупленные за рубежом. Он вместе с коллегами не только искал пути совершенствования имеющейся техники, но и вынашивал идеи принципиально нового танка.

После окончания вуза Михаил Кошкин стремительно проходит путь от рядового конструктора до заместителя начальника КБ. Михаил Ильич участвовал в создании танка Т-29 и опытной модели среднего танка Т-111, за что был удостоен ордена.

В декабре 1936 года в жизни Михаила Кошкина случился новый крутой поворот — его отправляют в Харьков в качестве начальника танкового КБ завода №183. Вере Николаевне не хотелось уезжать – здесь были родственники, привычная жизнь, но она последовала за мужем. Квартира Кошкиных в Харькове была в заводском доме. В комнатах стояла мебель, сделанная в цехах, специальный отдел выдавал отрезы тканей. Рядом было ателье, где известный харьковский портной обшивал заводчан. В пальто от этого портного Вера Николаевна с тремя детьми (в 1939 году родится Татьяна) уезжали в эвакуацию в Нижний Тагил. Первым эшелоном, заказанным заводом. Но Михаила Ильича тогда уже не было в живых.

«Первая ласточка танковых войск»

Прежний глава КБ Афанасий Фирсов и ещё ряд конструкторов находились под следствием в связи с подозрением о вредительстве после того, как были выявлены неполадки у серийно выпускаемых заводом новых танков БТ-7. Сын купца, в начале XX века Фирсов страстно увлекся конструированием техники. Афанасий получил инженерное образование в высшей технической школе в Германии и политехническом институте в Швейцарии.

Блестящий специалист в паровозо- и судостроении (Фирсов даже разрабатывал дизельный мотор для подводных лодок) был направлен на Харьковский паровозный завод, где только начинали разрабатывать танки. Фирсов создал две боевых машины, когда попал под подозрение. КБ возглавил Михаил Кошкин. В 1937 году харьковчане получили от правительства заказ на изготовление быстроходного танка А-20, который мог бы ездить как на колесах, так и на гусеницах. Но Михаил Кошкин, которому поручили разработку, решил сделать ставку лишь на гусеничную машину, поскольку понимал, что она надежнее.

«В 1938 году мой папа поехал в Москву на встречу с правительством. Говорили, конечно же, о танках. Завод изготовил два: тот, который заказывало правительство, и тот, который создали по инициативе Кошкина — Т-34», — рассказывала Татьяна Шихова, дочь Михаила Кошкина. Танки А-20 и Т-34 разработали и сделали на заводе почти одновременно. «Он не в танке простудился, как раньше писали. Он поехал в Москву, будучи простуженным», — рассказывала Татьяна Шихова. Кошкин действительно лично взял на себя ответственность за пробег своего детища, ставшего легендой танкостроения.

В ночь с 5 на 6 марта 1940 года из Харькова вышла колонна – два закамуфлированных танка в сопровождении тягачей, один из которых был загружен горючим, инструментами и запчастями, а на втором стоял пассажирский кузов наподобие «кунга» для отдыха участников. Часть пути Кошкин сам вёл новые танки, садясь за их рычаги попеременно с заводскими механиками-водителями. Так конструктор тестировал свое изобретение. Маршрут пролегал вне дорог по заснеженным лесам, полям и пересеченной местности Харьковской, Белгородской, Тульской и Московской областей. На бездорожье, зимой агрегаты работали на пределе, пришлось устранять немало мелких поломок, производить необходимые регулировки.До Москвы будущие Т-34 дошли 12 марта 1940 года.

В назначенный день 17 марта обе машины перегнали с танкоремонтного завода в Кремль. На показе Кошкин сильно кашлял, на что обратили внимание даже члены правительства. Однако сам показ стал триумфом новинки. Два танка, ведомые испытателями Николаем Носиком и Василием Дюкановым, разъехались по Ивановской площади Кремля – один к Троицким, другой к Боровицким воротам. Не доезжая ворот, они эффектно развернулись и понеслись навстречу друг другу, высекая искры из брусчатки, остановились, развернулись, сделали несколько кругов на высокой скорости, затормозили на прежнем месте.

Машина – как было сказано, «первая ласточка танковых войск» – понравилась руководству. После показа оба танка подвергли испытаниям на полигоне в Кубинке, контрольному обстрелу из орудий разного калибра, который показал высокий уровень защищенности новинки. В апреле предстоял обратный путь в Харьков. Кошкин предложил снова ехать не на железнодорожных платформах, а своим ходом по весенней распутице. По пути один танк провалился в болото. Едва оправившийся от первой простуды конструктор сильно промок и замерз. На этот раз болезнь обернулась осложнениями. В Харькове Михаил Ильич надолго попал в больницу, его состояние ухудшалось, врачи удалили ему одно легкое. 26 сентября 1940 года конструктора не стало. Михаил Кошкин был похоронен на Первом городском кладбище в Харькове, однако из-за оккупации и тяжелых кровопролитных боев могила не сохранилась до наших дней.

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Сегодня» , Kharkiv Today, Balakliets.kharkov.ua

Поделиться.

Комментарии закрыты