Зеленая карета в иной мир

0
Ее перед несчастьем видели артисты

Как известно, актеры – люди суеверные. И немудрено: никогда не знаешь, будет ли иметь успех выступление у публики или тебя осмеют и выгонят с позором? Как призвать удачу, чтобы зрители приняли спектакль благосклонно? Приметы есть на счастье, а есть и такие, которые пророчат беду. В петербургской театральной среде ходит зловещая легенда о зеленой карете.

Воздушная Психея

В январе 1809 г. в петербургском Эрмитажном театре состоялась премьера балета «Психея и Амур» с хореографией Шарля Дидло. За два месяца спектакль прошел 14 раз – по тем временам на редкость успешно. Постановка, если судить по сохранившимся зрительским отзывам, отличалась необыкновенной пышностью: балетмейстер широко использовал театральные машины, потрясая публику яркими спецэффектами. Но подлинной жемчужиной балета стала юная Психея – 17-летняя любимая ученица Дидло Мария Данилова. Ее выдающийся талант раскрылся здесь с необычайной силой.

В ночь перед очередным спектаклем Марии не спалось. На рассвете она подошла к окну и сквозь туман увидела карету зеленого цвета. Такие обычно привозят артистов в театр и развозят по домам после выступления. Девушку слегка напугало, что она не слышала стука лошадиных копыт и не увидела свет в окнах кареты. Впрочем, она быстро забыла о странном экипаже, так как все ее мысли занимал предстоящий спектакль.

В тот же день на одной из репетиций «Амура и Психеи» отрабатывали полет из 3 акта, когда героиню свергают в ад. Танцовщицу подняли высоко к софитам, предварительно прикрепив к ее корсету крюк. Все это управлялось особой машиной полета. Данилова должна была спуститься сверху с большой быстротой, чтобы создалась иллюзия падения. Но, как на грех, в машине что-то заклинило, произошел толчок, и Машу, висевшую в воздухе, сильно тряхнуло. Она пронзительно закричала, и почти бесчувственную танцовщицу спустили вниз. Балерина почувствовала, что внутри как будто что-то порвалось.

После репетиции у Даниловой началось кровохарканье. Но, невзирая на болезнь, она продолжала танцевать. За короткое время трудолюбивая балерина исполнила около 60 главных партий. Нелегкий труд окончательно истощил ее неокрепший организм. У Даниловой развился туберкулез, и она быстро сгорела. Мистическое совпадение: всего на месяц с небольшим пережил Марию балет, в котором она столь блистательно выступала: во время пожара в театре сгорели дорогостоящие декорации и костюмы, и возрождать спектакль не стали.

Угрозы сумасшедшим домом

Такую же карету увидела и сокурсница Даниловой Анастасия Новицкая. В труппе Дидло она сразу заняла положение солистки. Театральная критика отмечала, что «Анастасия Семёновна была одинаково одаренной танцовщицей и пантомимной актрисой».

К сожалению, талантливая артистка рано ушла из жизни. Согласно историку балета Юрию Бахрушину, причиной её кончины стало соперничество с балериной Екатериной Телешевой, пытавшейся занять те же роли и привлёкшей к борьбе своего покровителя, петербургского генерал-губернатора Михаила Милорадовича. Дидло не мог спорить с влиятельным военным и стал предлагать Новицкой незначительные роли. «Милорадович настойчиво рекомендовал Новицкой раз и навсегда прекратить борьбу с Телешовой и угрожал упрятать в сумасшедший дом. Этот разговор так потряс впечатлительную артистку, что у неё началось тяжелое нервное расстройство.

Тем временем слухи об этом происшествии стали распространяться по городу и дошли до царского двора. Милорадовичу было указано на неуместность его поведения. Решив исправить дело, он отправился с визитом к уже поправлявшейся балерине. Услышав о приезде генерал-губернатора и ожидая расправы, Новицкая пришла в такой ужас, что у неё случился новый припадок. Вскоре после этого больная скончалась.

Примечательно, что после угроз Милорадовича балерина увидела в окне проезжавшую зеленую карету и разволновалась, что экипаж едет не за ней. Девушка запаниковала, что ее выгнали из театра, и тяжело заболела.

Травля талантливой актрисы

Страшная примета коснулась талантливейшей петербургской комедийной актрисы, звезды водевилей и трагедий Варвары Асенковой. Женственная и грациозная, она обладала, кроме прекрасной внешности, еще и красивым голосом, выразительной мимикой. Юная актриса имела особенно огромный успех в ролях веселых корнетов и гусар.

К счастью, Варвара успела заявить о себе как о выдающейся драматической актрисе. Она стала первой исполнительницей ролей Марьи Антоновны в «Ревизоре» и Софьи в «Горе от ума». На ее счету – образы Офелии и Корделии в пьесах Шекспира, Эсмеральды в пьесе по роману Гюго «Собор Парижской Богоматери». Асенковой сопутствовал невероятный успех!

Но у него была и темная сторона. Рассказывали, что некий кавказский князь пытался украсть девушку прямо у выхода из театра, но кучеры все тех же зеленых театральных карет вовремя пришли актрисе на помощь. Многочисленные поклонники постоянно толпились у дверей квартиры Асенковой, засыпали бесконечными записками и подарками. Один из них, доведенный до исступления, все-таки ворвался в помещение, но, не застав звезду дома, изрезал кинжалом мебель. Еще один «почитатель таланта» бросил в зеленую карету горящую шутиху, желая изуродовать лицо актрисы, но по счастью промахнулся…

Однажды после спектакля император Николай I зашел за кулисы и сказал юной актрисе, что она своей игрой доставила ему истинное удовольствие. А еще через несколько дней Варваре Асенковой были пожалованы бриллиантовые серьги. Факт этот доподлинный, впрочем, не содержащий в себе ничего из ряда вон выходящего. В те времена преподнесение высочайшими лицами бриллиантовых «безделушек», как их называли, актрисам и танцовщицам вовсе не свидетельствовало о наличии любовной связи. Тем более что вряд ли дирекция театра чинила бы столько обид молодой актрисе, заключала бы с ней столь невыгодные контракты, какие имела Варвара, будь она действительно любовницей императора!

Вокруг актрисы стало ходить множество грязных слухов и сплетен. Главным образом их распускала подруга ее детства Надежда Самойлова, соперничавшая с Варварой на сцене. Пересуды сделали свое дело. Асенкова слегла с чахоткой, и все роли перешли к сопернице. Во время жестоких приступов она шептала домашним: «Что же карета не едет? Неужели в театре обходятся без меня?» То кричала по ночам: «Помогите одеться! Мне надо в театр. Карета ждет!» Домашние выглядывали в окна, но карета ждала только Варвару. И потому показывалась только ей.

Подготовила Анна Попенко,
по материалам Tonnel.ru, Peoples.ru

Share.

Comments are closed.