Как тамплиеры экономику Европы спасли

0

Многое передумал король Франции Филипп Красивый накануне 13 октября 1307 года, подписывая секретный приказ, на основании которого на территории Франции в одночасье должны были быть арестованы все рыцари-монахи – тамплиеры. Позади оставлены колебания, решение принято, и воображение монарха уже рисовало картины счастливого и благополучного будущего.

Денег больше, чем у королей

Казалось, стоит просто протянуть руку, и вот они, легендарные сокровища тамплиеров, несметные богатства, накопленные орденом всего за полторы сотни лет. Разве это допустимо, разве может король при изрядно опустевшей за последние годы казне смириться, когда в руках у монахов (пусть даже и называют их рыцарями-монахами — это не меняет дела) — находятся капиталы, большие, чем у вместе взятых Франции и Англии?

Подумать только, король Франции должен унижаться и просить у «бедных рыцарей Христовых» — так они себя зовут — немалые суммы в долг! Кто поверит теперь в мощь французской короны, если сам король вынужден во время восстания парижан искать убежища не в у себя в Лувре, а в ненавистном Тампле, резиденции тамплиеров в Париже? Нет, этому должен быть положен конец! Благодарение господу, получено согласие папы римского, а ведь без него по иронии судьбы никто, даже сам монарх не мог ничего сделать против ордена, подчинявшегося исключительно главе церкви, да и то формально. Довольно! Не будут больше эти надменные рыцари устанавливать свои порядки в Европе.

При этом Филипп поймал себя на мысли, что в сложившейся ситуации больше всего боялся оказаться в положении Генриха III Английского, когда в 1252 году тот тоже попытался оказать давление на орден. Тогда между английским королем и великим магистром, руководителем ордена тамплиеров, состоялся диалог, заставивший многих призадуматься, кому и по какому праву принадлежит последнее слово в решении политических проблем в Европе.

«Вы, тамплиеры, — резко говорит король, — имеете столько свобод и хартий, что ваши безграничные возможности наполняют вас гордыней и наглостью. То, что вам было так неосмотрительно дано, должно быть предусмотрительно взято обратно, и то, что вам было по неосторожности пожаловано, должно быть продуманным образом отобрано». В ответ прозвучал спокойный голос великого магистра: «Что говоришь ты, о, король! Неуместные слова твои больно слышать. Пока ты будешь справедлив, ты будешь царствовать; но если ты нарушишь справедливость, ты перестанешь быть королем!»

Тяжелее всего признаться самому себе, и именно этот порог никак не мог переступить Филипп IV по прозвищу Красивый. Не о золоте тамплиеров мечтал он в глубине души, не о тех сокровищах, что скрывали подземелья их банков. С самого момента основания орден был овеян ореолом таинственности; создавалось впечатление, что он хранит некую тайну, заботливо не допуская к ней непосвященных, тайну, являющуюся причиной его головокружительного успеха и непревзойденного могущества. Именно этим сокровищем хотел обладать Филипп, оно было конечной целью тщательно разработанного им плана.

Как всё начиналось

Казалось, развязка близка… Король ждал вестей о благополучном осуществлении задуманного, но, увы, успокоиться не мог. Он вновь и вновь мысленно возвращался на два столетия назад, пытаясь найти ответ…
В 1099 году христианский мир ликовал. Еще бы! Результатом первого крестового похода стало освобождение Иерусалима, а это значит, что святая земля перестала принадлежать неверным.

И гораздо важнее расширения территориальных пределов стало возвращение надежды в сердца людей, вновь обретших святыню. Будто луч света прорезал гнетущую пелену тоски и безысходности от засилья церковных догматов, пронизавших к тому времени практически все сферы жизни. Освобождение Иерусалима стало, образно говоря, освобождением от оков, более духовных, нежели материальных по своей сути. Истосковавшиеся по настоящему, глубокому, великому, люди разных национальностей, мужчины и женщины, юноши и старики устремились в Иерусалим с одной целью: поклониться святым местам.

К сожалению, религиозный порыв, возвышающий душу, не является достаточной защитой от всех превратностей пути. Преодолев многие тяготы морского путешествия (наиболее доступный путь из Европы в святую землю проходил по Средиземному морю), паломники зачастую становились жертвами вначале просто шаек, а затем и организованных банд грабителей. Легкость наживы и практически полная безнаказанность вели к быстрому росту числа злодеев, а это, в свою очередь, сделало путь в Иерусалим опасным не только для кошелька, но и для жизни самих паломников.

Понятны радость и облегчение, с которыми король Иерусалимский Балдуин II встретил появление в 1118 г. при своем дворе 9 рыцарей разного происхождения и из разных городов, но объединенных одной общей целью. 9 рыцарей во главе с Гуго де Пайеном предложили королю взять под свою защиту караваны паломников в конечной и самой неспокойной части их пути: из портового города Яффы через ущелье Шато Пелерин в Иерусалим.

К сожалению, не сохранилось исторических документов, описывающих этот момент, а поэтому нам приходится пока только догадываться о побуждениях, двигавших рыцарями и заставивших их приняться за столь небезопасное дело без видимой выгоды для себя. Официально считается, что они пытались добиться отпущения грехов и заслужить себе вечное спасение.

Вход только для избранных

Рыцари принимают три монашеских обета: бедности, послушания и целомудрия, и добавляют четвертый, свой – защищать паломников. Совершенно нищие, они вынуждены порой ездить на одной лошади; впоследствии это нашло отражение в печати ордена. Король Балдуин II передает им в пользование часть своего дома (они не имели жилья в Иерусалиме), расположенного на развалинах древнего храма Соломона. Считается, что именно поэтому рыцарей, составивших костяк будущего ордена, в народе начинают называть храмовниками, рыцарями ордена храма. Храм по-французски — «тампль», и поэтому нам они известны как тамплиеры.

Личной отвагой и мужеством они быстро снискали уважение и признание. Тамплиеры не только охраняли пилигримов на их путях в святую землю, но и сопровождали короля в его поездках, делая их безопасными. Очень скоро орден был овеян романтическими легендами о бескорыстных и бесстрашных рыцарях, готовых прийти на помощь человеку, попавшему в беду. Такими они были на самом деле.

ногочисленные паломники разнесли весть об этих славных воинах по всем уголкам Европы, и через несколько лет не было в Европе мест, где не восхищались бы подвигами тамплиеров.
До сих пор остается неясным, почему, несмотря такой, казалось бы, быстрый рост известности и естественное желание многих благородных людей своего времени послужить верой и правдой делу, начатому тамплиерами, в течение первых 9 лет в орден не принимались новые члены. Ныне, спустя 8 веков, существует огромное количество мнений по этому поводу, часто спорных и противоречащих одно другому. Не вызывает сомнения одно: это не могло быть случайностью.

И если мы не знаем истинных причин, то это вовсе не значит, что этих причин не было. Они были, точно так же, как существовали и глубокие философские концепции и мудрость, почерпнутая тамплиерами на Востоке. Только будучи реалистами и хорошо понимая невозможность обнародования многих истин из-за опасности профанизации, рыцари научились эту мудрость хранить.

С самого момента основания орден можно было уподобить айсбергу, у которого мы можем видеть всего одну шестую часть его истинной величины. Лишь только по отдельным самым ярким событиям в истории Ордена можно сейчас догадываться о той части «айсберга», что была под водой, о тех идеях и принципах, что руководили «бедными рыцарями Христовыми». Одно из таких событий произошло в 1128 году.

Под покровительством папы римского

В этом году решением церковного Собора — высочайшего органа, собиравшегося далеко не по любому поводу, а лишь в исключительных случаях, — был утвержден официальный статус тамплиеров: рыцарско-монашеский орден. Сам римский папа лично брал под свое покровительство новый орден, члены которого не только служили делу Христову, но и должны были защищать интересы этого дела везде, где бы они ни находились.

Тем же Собором был утвержден и устав ордена, написанный Бернаром Клервосским, талантливым молодым (ему в то время не было еще 30 лет) аббатом, известность которого простиралась далеко за пределы вверенного ему монастыря в Клерво. Силе его слов могли бы позавидовать ораторы Рима; люди верили ему, потому что в проповедях он удивительным образом находил путь к сердцу каждого. К его голосу прислушивался весь христианский мир. Бернар не любил сложных теорий, о самых глубоких истинах он говорил просто. И считал первоосновой духовных достижений нравственную чистоту, а не количество выученных псалмов.

Что заставило Бернара обратить внимание на «бедных рыцарей Христовых»? Обычно считается, что своими подвигами в святой земле, защитой гроба господня тамплиеры сами вдохновили его на участие в судьбе ордена и разработку устава. Возможно, со стороны все выглядело именно так.

Незаметно для ока церкви на свет появился «новый тип рыцарства, неизвестный прошедшим векам. Он непрерывно ведет войну на два фронта, — говорит Бернар Клервоский, — против зла во плоти и против духовного его воинства на небесах. Если кто-либо сильно противостоит врагу во плоти, уповая лишь на крепость плоти, едва ли я отмечу это, ибо примеров тому множество. Также и когда кто-либо борется с демонами и пороками одной лишь духовной силою, — нет в этом ничего удивительного, хотя и заслуживает похвалы… Но когда видишь человека, мужественно опоясывающего себя обоими этими мечами, кто не сочтет это достойным всяческого удивления, тем более, что раньше такого не случалось! Вот это поистине рыцарь без страха, защищенный со всех сторон, потому что душа его защищена бронею веры, тогда как тело защищено бронею из стали. Так он вооружен вдвойне».

Два идеала освещали путь благородным людям того времени: рыцарский и монашеский. Два пути вели их к этим идеалам: защита святынь с мечом в руках и отречение от мирской суеты и напряженных духовных поисков в уединении монастыря. Бернар мастерски соединил в одно целое эти казавшиеся столь далекими друг от друга пути, сумев сделать их взаимодополняющими.

Всадники в белом и всадники в черном

Собору в Труа суждено было стать поворотным в истории тамплиеров, ибо с него начинается быстрый рост численности и богатства ордена. Будучи уверенными, что божественный порядок в мироустройстве должен найти свое отражение во внутреннем устройстве ордена, тамплиеры особое внимание уделили его структуре. Орден управляется единым руководителем: великим магистром. Остальные функции в ордене были разделены между:
а) рыцарями-воинами;
б) капелланами;
в) конюхами и оруженосцами;
г) слугами и ремесленниками.

Однако, какие бы более или менее сложные и ответственные посты ни занимали люди в ордене, все они имели, как было закреплено уставом, одинаковые обязанности и пользовались одними и теми же привилегиями. Поводом для занятия той или иной должности были исключительно собственные заслуги человека, ибо как пишет Бернар, «среди них нет различия между личностями, и разница скорее определяется достоинствами рыцаря, нежели благородством крови».

Рыцари носили белые накидки (знак чистоты и целомудрия), между тем как слуги, оруженосцы и младшие братья должны были одевать черные. Впоследствии римским папой было закреплено, что рыцари могли носить красный восьмиконечный крест спереди на левой части груди в знак того, что никогда не отступают в сражениях. Когда эскадроны ордена бросались в атаку, их первую линию составляли всадники в белом, а вторую, где были сержанты и конюшие, — всадники в черном. По-видимому, отсюда и произошел черно-белый штандарт ордена, так называемый босан, боевое знамя тамплиеров, сочетание цветов которого символизировало постоянную борьбу в Космосе и в человеке между Светом и Тенью.

Рыцари были объединены в командорства, маленькие автономные республики, имевшие свои крепости и независимые от законов той области, в которой они находились. К XIII веку тамплиеры имели около пяти тысяч командорств, покрывавших своей сетью почти целиком Европу и Ближний Восток. Только в святой земле у ордена было 600 рыцарей, две тысячи сержантов и более пяти тысяч рядовых всадников. С такой силой приходилось считаться, тем более, что устав ордена запрещал его членам отступать перед врагом, если по численности враг не превосходил втрое.

Первая сеть банков

Постепенно росло и материальное благополучие ордена, необходимое для его существования и для выполнения возложенной на него миссии. Вначале существовали пожертвования. Тамплиеры имели и постоянно подтверждали свою репутацию ревностных и бескорыстных защитников справедливости и истинной веры, о них слагались легенды; поставив себе задачу охраны гроба господня и путей паломников к нему, для многих католиков они стали символом возрождения этих святынь. В орден передавали имущество или сбережения.

Богатые люди, не имевшие наследников, оставляли ордену имения, замки, поместья. Арагонский король Альфонсо Первый после своей смерти в 1134 году передал ордену треть своего королевства на севере Испании. В 1141 году бретонский герцог Конан оставил ордену целый остров недалеко от побережья Франции. Уже к середине XII века тамплиерам принадлежали многие сотни земельных наделов с замками и поместьями.

Это состояние, не перестававшее пополняться, впоследствии умножилось благодаря умению, с которым рыцари управляли своим имуществом. Тамплиеры смогли стать гарантами сохранности не только собственных, но и чужих сбережений. Бумажных денег в то время не было, а путешествовать с мешком золота было нелегко и опасно. Имея представительства ордена чуть ли не в каждом городе, тамплиеры сделали подобные путешествия безопасными. Сдав деньги в одном командорстве, человек получал расписку, по которой мог получить их назад в любом другом. Благодаря прочной сети командорств, тамплиеры могли обеспечивать под ссудные проценты не только охрану вверенных им ценностей, но и их перевозку из одного места в другое, от заимодавца к заемщику или от погибшего паломника к его наследникам. Монархи, принцы, частные лица, ювелиры и торговцы становились клиентами этих первых банкиров-ростовщиков, изобретателей чеков, которыми мы сегодня пользуемся.

Раздробленная на многие княжества, непрестанно воюющие между собой и вследствие этого изолированные не только друг от друга, но и от всего мира, Европа постепенно начинала оживать и обретать стабильность. Появилась возможность возобновить старые торговые, а значит, и культурные связи с остальным миром.

И все же они были бедными

Логично спросить: как же увязать подобную деятельность с обетом бедности, который давался каждым рыцарем-храмовником? Кто посмел бы назвать бедными представителей самой, пожалуй, богатой организации своего времени?

И все же они именно были бедными, потому тамплиер не имел имущества, за исключением самого необходимого. Имуществом владел и управлял орден. Этот принцип бедности, которому рыцарей обучали задолго до самого посвящения в рыцари, распространялся не только на деньги и прочие материальные ценности, а на все, что могло, но не должно было стать собственностью рыцаря, так как его задачей было не присвоить, а распорядиться этим в целях общего дела. Девизом ордена было: «Не нам, господи, не нам, а все во славу имени твоего!» Тамплиера учили, прежде всего, стремиться соответствовать идеалу. Великому и недостижимому, как солнце, и одновременно близкому, всепроникающему и согревающему все вокруг и в тебе самом. Идеалу рыцаря, чьей миссией было стоять на защите добра и справедливости, в любых условиях суметь стать хранителем всего самого сокровенного, святого, что только есть в мире, не дать тьме в лице беззакония и безнравственности поглотить истинные ценности.

Изучали химию и астрономию

В ордене существовали тайные учения. Как появились они в атмосфере римско-католической ортодоксии? Что означали те странные символы и обряды, сказать правду о которых так и не согласился никто из действительно знавших ее? Да и существовали ли вообще какие-либо учения внутри ордена, или они были плодом воспаленного воображения тех, кто был изгнан из ордена, по чьим показаниям пытаются восстановить истину?

Учения, несомненно, существовали. Подобно тому, как дерево, лишенное солнечного света и живительной влаги, засыхает, рыцарь, лишенный идеала и мудрости, становится обыкновенным солдатом – тамплиеры хорошо знали этот закон, не менее хорошо они умели хранить то, что наполняло орден жизнью и давало ему силу. Недаром они изменили представление о рыцаре как о смелом, но грубом и неотесанном вояке.

Тамплиеры не ограничивали себя изучением исключительно военных наук. В сферу их интересов входили история и география, математика и астрономия, химия и медицина. Основой же их знаний и мировоззрения служили те древние и таинственные учения о природе человека и строении Вселенной, что были главным богатством, обнаруженным ими на Востоке.

Вот где, поистине, реальность пересекается с мифами и легендами! И причина этого не столько в том количестве легенд, что сопровождали орден во все время его существования, сколько в самом принципе обучения, применявшемся тамплиерами. Мифы и легенды, заимствованные из разных культур или созданные орденом, являлись для рыцаря своего рода моделью. С разных сторон и через различную символику описывали те этапы, через которые он сам проходил на пути духовного роста.

Кодекс чести передавался рыцарю только устно при посвящении. Согласно этому кодексу, где бы рыцарь ни находился и в какую бы ситуацию ни попал, он всегда должен был оставаться на страже справедливости и быть примером определенных рыцарских добродетелей. Он не был обязан следовать всем догматам церкви, требовалось от него лишь естественно признание существования божественного в природе и в нем самом.

Тамплиеры знали, что действительно великое может быть построено лишь на по-настоящему прочном фундаменте. Как и многие их предшественники, они не нашли ничего прочнее добра и справедливости, чести и достоинства.

Строили соборы, дороги

Красный крест на белой накидке, расположенный на левой стороне груди, как раз над сердцем, напоминал тамплиеру, что он не должен отступать в бою. Для рыцаря и в сражении, и в мирное время этот крест был символом причастности к общему делу. Осознание, что ты не одинок, а являешься частью ордена, выполняющего свою миссию, наполняло смыслом действия тамплиера, и каждое дело, каждое усилие одного из них становилось шагом к выполнению задачи ордена.

История ордена началась на Востоке, и тамплиеры были открыты для восприятия всего нового и необычного для европейского сознания, что мог дать мудрый Восток. И рыцари быстро становятся своего рода монополистами на самые передовые достижения науки и культуры.

Уже в XIII веке они прекрасно владеют основами картографии, благодаря чему в Европе бурно начинает развиваться строительство дорог, связавших между собой основные города, и, что самое главное, связавших Европу с государствами Востока. Значение этих магистралей, ставших в буквальном смысле каналами вначале для торговых, а затем и для культурных связей, трудно переоценить. Их флот применяет в мореплавании компас, делая само мореплавание безопасным, а маршруты торговых судов выверенными и оптимальными. Тамплиеры принимают участие в сражениях, получают раны. Орден имеет собственных врачей, применяющих в своей практике новейшие достижения медицины, в том числе — впервые в мире использующих для обезболивания при операциях наркотические вещества. Аккуратный и бережливый во всех денежных делах, орден не скупится и вкладывает огромные средства в строительство готических соборов во Франции, а инженеры ордена участвуют в их возведении.

Главная драгоценность ордена

Деньги означают власть, которую орден тамплиеров набирал уверенными темпами. Самым могущественным государством Европы по праву считалась Франция, и ее король первым предпринял действительно серьезные шаги против ордена. Понимая, что без хотя бы формального согласия религиозной власти его замысел обречен на неудачу, Филипп Красивый ставит на престол своего понтифика, от которого и получает впоследствии необходимую бумагу. До достижения цели остается совсем немного…

Плотный, влажный туман окутывал холодным ранним утром 13 октября 1307 года причалы, склады и прочие портовые сооружения города Ла-Рошель. Работы продолжались всю ночь, и многие участвовавшие в них благодарили небо за эту естественную завесу, так вовремя укрывшую их от посторонних глаз. С восходом солнца туман начал редеть, но даже самый пристальный наблюдатель не успел бы разглядеть, что за корабли покинули пристань в столь ранний час и куда они держат курс.
Их порт назначения неизвестен и по сей день. Можно лишь строить догадки. Известно лишь, что тамплиеры оказались на шаг впереди своих противников. 18 больших, полностью груженых галер под парусами с красными крестами уносили в будущее легендарное сокровище ордена. Что это было за сокровище? Практически ничего из ценностей, материальных и иных, не попало в руки короля.
В числе прочих существует одна легенда, согласно которой один раз в году в склепе тамплиеров появляется величественная тень в белой накидке с красным крестом и задает один и тот же вопрос: «Найдутся ли рыцари, готовые защитить гроб господень?» – «Нет, — отвечают ей стены склепа, — ибо храм разрушен».

Вадим Карелин, «Человек без границ»

Share.

Comments are closed.