Нечеловеческий разум

0

«Они этого не сделали по той же причине, по которой не все рыбы вышли на сушу и стали четвероногими, не все одноклеточные стали многоклеточными, не все животные стали позвоночными, не все архозавры стали птицами. По той же причине, по которой не все цветы стали ромашками, не все насекомые — муравьями, не все грибы — белыми, не все вирусы — вирусами гриппа», – пишет биолог и палеонтолог Александр Марков в своей книге «Эволюция человека: обезьяны, кости и гены».

Мифы об эволюции

По мнению Александра Маркова, вышеназванный вопрос часто вообще задается в связи с тем, что многие находятся под властью некоего убеждения, что человеком быть лучше, чем животным, который должен каждый день путем тяжелейших усилий искать себе пищу и спасаться от хищников. Тем не менее, сам вопрос поставлен некорректно, так как, во-первых, предполагает, что эволюция имеет некую цель, к которой неизменно стремится. Многие полагают, что эволюция вообще всегда направлена от простого к сложному. Это не так.

Эволюционный прогресс происходит вовсе не со всеми живыми организмами, а лишь с небольшой их частью. Множество существ и растений в ходе эволюции, напротив, становятся не сложнее, а проще, и при этом процветают. Но чаще всего история жизни на нашей планете демонстрирует такую картину, когда новый вид не сменял старые виды, а просто добавлялся к ним. Например, наш вид — Homo sapiens – просто примкнул к приматам и другим обезьянам, а вовсе не подменил их собой.

Второе заблуждение вытекает из первого: помимо того, что люди часто полагают, что эволюция имеет некую цель, так еще и думают, что цель эта, «венец творения», и есть человек. К несчастью для них, биология не нашла подтверждения столь самонадеянной позиции. Да, наша «родословная» показывает вполне прогрессирующий процесс: одноклеточные — первые животные — хордовые — рыбы — четвероногие — ящеры — млекопитающие — плацентарные — приматы — обезьяны — человекообразные – мы. Но подобное генеалогическое древо есть и у современных дельфинов, медведей или комаров. И медведь, и комар, и кит, и кошка — все они являются «венцом творения» их собственной эволюции. А еще наши генеалогические деревья совпадают со всеми ними и расходятся лишь на определенной ветке развития.

Разумеется, по сравнению с другими животными у нас есть более развитый мозг. Но и это не безусловное превосходство, поскольку некоторые животные, например, сойки или белки, лучше, чем мы запоминают точки на местности, а крыса куда быстрее нас выберется из лабиринта, некоторые обезьяны лучше запомнят лица по фото.

Очеловечиться мешают люди?

Вообще, у любого вида животных есть какая-то своя фишка. Каждый обладает какой-то способностью, которая развита у него лучше, чем у всех остальных. Гепард, как известно, бегает быстрее всех зверей на планете. «Докажите ему, что думать и говорить важнее, чем быстро бегать. Он так не считает. Он с голоду помрет, если обменяет быстрые ноги на большой мозг», – пишет Марков. Конечно, ведь для того, чтобы использовать мозг для улучшения своей жизни, нужна культура и долгая адаптация к ней (наше детство и мучительный процесс воспитания), а кушать гепарду хочется сейчас.

Помимо нас, большим мозгом обладают также китообразные и слоны, но ведь и размеры их куда больше наших, поэтому в процентном отношении их мозг меньше мозга человека. Природа вообще редко «создавала» виды с таким большим мозгом, как у нас. Это связано, в первую очередь, с тем, что обладание таким органом очень затратно — мозгу нужны калории, не просто много, а гигантское количество.

Вторым недостатком крупного мозга являются трудность родовспоможения. Именно поэтому до появления медицины у наших предков была столь высока материнская и детская смертность при родах. В связи с этим «детеныши» Homo sapiens рождаются в буквальном смысле недоношенными и требуют долгого периода ухода. «А главное, – как пишет Александр Марков, – есть множество способов прекрасно прожить и без большого мозга, чему свидетельством является живая природа вокруг нас».

Для того чтобы наш мозг стал стремительно увеличиваться в размерах, необходимо было стечение каких-то очень удачных обстоятельств. Каких именно — наука пытается узнать до сих пор (хотя множество вполне правдоподобных и всем известных гипотез, разумеется, существуют). Как же другие животные? Могут ли они в ходе эволюции тоже стать разумными? «Если мы, люди, им не помешаем, не истребим их и позволим спокойно эволюционировать, то это не исключено», – отвечает Александр Марков.

Но дело в том, что эволюция — процесс невероятно неспешный. Заметить хоть сколько-нибудь значимые эволюционные сдвиги, например, у обезьян (а не у колонии быстро размножающихся и «взрослеющих» бактерий) понадобятся века, а то и тысячелетия наблюдений. Мы же начали наблюдать шимпанзе в их естественных условиях всего несколько десятков лет назад. Так что если шимпанзе умнеют – мы этого не увидим. Хотя, конечно, по мнению Маркова, едва ли они умнеют.

Впрочем, по словам того же ученого, если бы сейчас вся Африка стала каким-то неприступным заповедником, в котором ничто человеческое не мешало бы приматам развиваться, то потомки нынешних обезьян, вроде горилл, бонобо или шимпанзе, вполне могли бы стать разумными и ничем не уступали бы нам. Конечно, это был бы уже не Homo sapiens, а совсем другой вид разумных существ, хотя и произошедших от приматов. Но чтобы посмотреть на него — придется подождать, может быть, 10 миллион лет, а может, и все 30.

Руслан Зораб, Naked Science

Поделиться.

Комментарии закрыты