Растения-трансформеры уничтожают наши леса

0

Чужеродные (адвентивные) виды приходят не без помощи людей. Поэтому нам, людям, и бороться с ними. А если не бороться? Тогда через несколько лет привычные ландшафты станут непривычными — пришельцы изменят их под себя, вытеснив десятки видов местных растений.

Один из примеров чужеродных видов — красный дуб, родом из Северной Америки. У него красивые листья с глубокими выемками и заостренными лопастями, почти шаровидные желуди. Этот вид захватывает дубовые и сосново-дубовые леса целыми гектарами, и скоро не оставит нашим местным дубам ни клочка жизненного пространства. Причина — ежегодное обильное плодоношение дуба красного, в отличие от нашего вида — дуба обыкновенного, у которого семенные годы наблюдаются один раз в 10–12 лет.

О проблеме рассказал заместитель директора по науке Полесского филиала НИИ лесного хозяйства и агролесомелиорации Александр Орлов.

Путь амброзии: из США через Мариуполь

Тесный кабинет Александра Александровича завален пачками старых газет. Они кругом. Зачем они здесь? Чтобы на досуге перечитывать? «Это гербарии! — со смехом объясняет ученый. — Лучше газеты для сушки гербариев материала, пожалуй, и нет. Старый, но оправдавший себя в течение веков способ. Будет над чем поработать зимой. Бывает, что и новые для нашего региона виды нахожу…»

Я пришел в кабинет к Александру Орлову, чтобы поговорить о чужеродных (адвентивных, заносных) видах растений. Разговор начался с амброзии полыннолистной. «Посмотрите на фото. Это дорога из Житомира на Киев. Миллиарды растений амброзии на обочине! Но справиться с этим агрессором можно. Меры – жесткие, главным образом — применение гербицидов», – говорит ученый.

— Откуда пришла амброзия?
— С юга Северной Америки. Это очень показательный пример адвентизации растительного покрова, являющейся следствием глобализации.

— Что такое «адвентизация»?
— Проникновение чужеродных, адвентивных видов во флору конкретных регионов. Это явление характерно для всех регионов Земли — от юга Африки до севера Евразии.

— Но тогда глобализация вместе с адвентизацией началась задолго до нашей эры, вместе с развитием морских и сухопутных торговых путей!
— В общем, да. Но в современную эпоху интенсивность перемещений людей и товаров колоссальны. А вместе с ними перемещаются и расселяются по планете неаборигенные, чужеродные виды растений и животных. Некоторые из них являются объектами международного карантина, в том числе и амброзия. У нас она появилась около 60 лет назад. Попала она вместе с зерном из США в порт Мариуполь. Карантинная служба ее прочно удерживала на юге. Постепенно амброзия стала проникать на восток и юго-восток, но на правом берегу Днепра, благодаря усилиям карантинной службы, ее долго не было.

— А как карантинная служба работала?
— Выкашивали, вырывали вручную, поливали гербицидами — шла реальная борьба. Но в тяжелые 1990-е годы, к сожалению, коллапсировала и карантинная служба. Амброзия, скорее всего, по железной дороге, уже к началу 1990-х годов добралась до Киева. Киев же имеет радиальные связи со всей страной, и в течение 10 лет амброзия овладела всей страной. Она растет практически в каждом населенном пункте (и вокруг), расположенном рядом с железной или автодорогой.

— Какая-то борьба с этим видом ведется?
— В основном — на бумаге. Единственная организация, которая с ней борется, хотя не совсем правильно и не очень успешно, — железные дороги. Периодически обкашиваются территории вдоль путей и между путями. Но коса срезает лишь верхушку растения, которое взамен выпускает боковые веточки. Они зацветут и дадут плоды или пыльцу. Кстати, амброзия — растение двудомное, у него имеются мужские и женские экземпляры. Одно женское растение дает до 100 тысяч семян. Этим можно засеять гектары!

— В чем опасность амброзии, помимо того, что пыльца мужских растений — аллерген?
— Да, аллерген она действительно сильный. Пылинка амброзии усеяна шипами, чем-то напоминает микроскопического морского ежа. Попав на слизистую дыхательных путей, такой «ёж» доставляет немало мучений аллергикам, вплоть до анафилактического шока. Кроме того, у этого небольшого растения огромный транспирационный индекс, а это вполне реальные экономические потери. Амброзия с большой скоростью осуществляет транспирацию, т.е. поглощает из почвы влагу и выбрасывает ее в атмосферу. Небольшое на вид растение иссушает почву и снижает урожаи подсолнечника и кукурузы в среднем на 30 процентов. Это большие экономические потери. Можно приплюсовать к ним также выплаты аллергикам по больничным.

Нужна «Черная книга»

Александр Орлов отметил также, что, кроме скромного десятка видов растений межгосударственного карантина, имеются и другие виды растений-агрессоров, которые все видят, но с ними также никто не борется. Это, в частности, гигантские борщевики, родственники укропа, морковки, петрушки — растений семейства зонтичных. Они проникают в естественные экосистемы, в особенности пойменные, и разрушают их, заполоняя площадь и вытесняя аборигенные виды.

Ситуация с такими видами растений меняется очень медленно. Как положительный пример приведем Закарпатскую область, где с подачи научных сотрудников Института ботаники Закарпатский облсовет принял специальное решение, которым утвержден список адвентивных инвазивных видов растений, требующих контроля. Второй пример — Житомирская область, где при поддержке Житомирского управления экологии и природных ресурсов в 2019 г. изучен видовой состав адвентивных видов растений области, выделены карантинные, особо опасные инвазивные виды, требующие контроля, подготовлен проект соответствующего решения сессии облсовета.

– Какова суть проекта решения?
— Предписать землепользователям убрать со своих участков карантинные и особо опасные виды адвентивных растений.

— У нас что — вообще никак не борются с пришельцами?
— Пока плетемся в хвосте в смысле поддержки со стороны государства. Но первые шаги все же сделаны. В начале 2018 года при Минприроды была создана межведомственная рабочая группа по изучению адвентивных инвазивных видов. Ваш покорный слуга — член этой группы. Уже предложено несколько вариантов списков адвентивных инвазивных видов, с которыми необходимо бороться. Но нам нужна полноценная «Черная книга», в которой были бы подробно описаны агрессивные растения-пришельцы.

Если говорить об издании хорошо иллюстрированной «Черной книги», то это приблизительно тысяч 300–400 гривен, плюс работа нескольких квалифицированных групп ученых в течение не менее года.

— Насколько длинным получается список агрессивных пришельцев?
— В мире принята такая практика: есть топ-список из 30 видов, есть топ-десятка. Это инвазивные и очень опасные виды, которые, безусловно, требуют внимания уже сегодня. Кстати, инвазивные — это виды, бурно распространяющиеся благодаря особым приспособлениям.

— Какие растения сюда относятся, например, кроме амброзии?
— Клен американский, ирга колосистая… Виды, меняющие среду обитания, с недавних пор стали называть «трансформерами». Они внедряются в природное сообщество, бурно развиваются, полностью меняют облик сообщества: растительный покров, биохимические связи и так далее. Ландшафт кардинально меняется.

— Приведите наиболее яркий пример.
— Есть такое, казалось бы, невинное растение — эхиноцистис лопастной, который еще не так давно украшал изгороди усадеб, а теперь занимает гектары природных биотопов, замещая аборигенный растительный покров. Вы, несомненно, сталкивались с ним — плетущееся растение с белыми ароматными соцветиями и плодами, сначала напоминающими шиповатый огурец, а после высыхания — небольшое мочало. Это североамериканский вид. Попал он к нам как шпалерная культура. Затем вырвался в природную среду. Я видел участки в несколько квадратных километров, где, кроме этого вида, практически ничего не растет.

Опасные акациевые джунгли

— С какими видами-трансформерами нужно начинать борьбу в первую очередь? Давайте назовем их еще раз.
— Эхиноцистис лопастной, клен американский, амброзия полынолистая, ирга колосистая, череда лиственная, ценхрус (трава с очень колючими плодами), борщевик Сосновского и борщевик Мантегацци, недотрога железистая, девичий виноград — дальневосточный вид. Кроме того, многолетние американские астры, которые, попадая с наших клумб в поймы рек, образуют плотные заросли, полностью вытесняя аборигенную флору.

— Как убедить чиновников раскошелиться на борьбу с инвазивными видами? Думаю, это непросто — убедить, что с растениями с красивыми цветочками и изящными листочками нужно бороться. Война — это деньги. Деньги, как правило, давать не хотят…

— Вы правы. И не помогают аргументы, типа: на этом лугу было 30 видов растений, осталось два-три… Но если показать, как адвентивные виды бьют по экономике, можно и достучаться.

— Есть какие-то подсчеты?
— У нас никто не занимался комплексными подсчетами ущерба, наносимого адвентивными видами. Разве что в сельском хозяйстве, и то однобоко. Но такую работу провели в Великобритании и странах Британского Содружества. Подсчитали, что инвазивные адвентивные виды растений отнимают у экономики Содружества 1,5 миллиарда фунтов стерлингов в год! То есть, около двух миллиардов долларов теряются на ровном месте. У нас же очень показателен ущерб, который наносят лесному хозяйству белая акация и дуб красный.

Белая акация уже сейчас образует плотный второй ярус в сосновых лесах, особенно пригородных. А после рубок, плановых и законных, на месте сосняка быстро поднимутся акациевые джунгли, которые можно побороть только гербицидами!

Что касается красного дуба, он привлекает лесоводов более быстрым ростом, чем аборигенный дуб обыкновенный, а еще красивой текстурой древесины и высокой ежегодной продуктивностью желудей. Но, высаживая этого «американца» в виде нескольких единиц в составе древостоя, мы тем самым уничтожаем наш дуб. Другое дело — создание целевых плантаций дуба красного с коротким оборотом рубки. Здесь его и контролировать легче, и экономический эффект от его выращивания высокий.

Виктор Конев
«Зеркало недели»

Поделиться.

Комментарии закрыты