США тоже пережили аварию на АЭС

0

На АЭС Три-Майл-Айленд 40 лет назад произошла авария, вызвавшая в США панику и взрыв популярности «зеленых» идей. Вопиющая некомпетентность атомщиков вела страну к настоящей катастрофе, но в итоге стала катастрофой только для атомной энергетики Америки. Что же помешало «прожечь планету насквозь» вплоть до Китая?

Фильм как пророчество

В среде американских атомщиков существует сленговое выражение – «китайский синдром», обозначающее глобальную ядерную катастрофу. Его корни растут отнюдь не из сценария ядерной войны и не имеют никакого отношения к Китаю. Речь идет о шутке и технически невозможном сценарии, по которому расплавленное ядерное топливо покидает реактор, продолжает наращивать свою температуру и в конечном счете прожигает Землю насквозь от США до КНР.

Весной 1979 года в прокат вышел одноименный фильм со звездным составом – Джек Леммон, Джейн Фонда, Майкл Дуглас, и речь в нём шла как раз о катастрофе на АЭС, которую пытаются предотвратить двое журналистов и начальник смены. С точки зрения науки картина была довольно глупой, но с точки зрения искусства вполне удачной. Ее отметили несколькими наградами, включая пальмовую ветвь от Канн лично Леммону, и еще большим количеством номинаций.

Однако всеамериканскую и даже общемировую известность «Китайскому синдрому» принесло не это, а то, что через 12 дней после его премьеры произошла авария на АЭС Три-Майл-Айленд в штате Пенсильвания. Из честной драмы лента на несколько дней превратилась для американских зрителей в настоящий фильм ужасов, к тому же, один из персонажей фильма, описывая масштабы возможной катастрофы, заявил, что выбросы отравят территорию размером с Пенсильванию. Да, всего лишь совпадение, зато насколько впечатляющее.

Но настоящим кошмаром в глазах американцев стали новостные сводки с участием Три-Майл-Айленд, особенно после того, как губернатор Пенсильвании объявил о добровольной эвакуации окрестного населения. Интернета тогда не было, многие обыватели имели об атомной энергии самые общие представления, так что словосочетание «китайский синдром» звучало для них как описание возможной катастрофы.

В реальности случившееся нельзя описывать и словосочетанием «американский Чернобыль», периодически встречающимся в прессе. Прежде всего потому, что никто не погиб и даже не пострадал не только при аварии на Три-Майл-Айленд, но и от ее последствий. Зато она оказала разрушительное воздействие на развитие ядерной энергетики и мозги простых американцев. Общество было ввергнуто в панику, сопровождавшуюся скачкообразным ростом антиядерного движения, к которому примкнула всё та же Джейн Фонда.

При всем при этом один из блоков Три-Майл-Айленд работает до сих пор. Функционируют и две ее товарки-соседки – АЭС Саскуэханна и Пич-Боттом, расположенные в том же штате и на той же реке Саскуэханна. Злополучная Три-Майл-Айленд отличается от них тем, что построена на острове.

Профнепригодность, паника и президент

Если не вдаваться в технические детали и говорить на языке младших классов средней школы, 28 марта 1979 года ядерное топливо в одном из двух энергоблоков Три-Майл-Айленд перестало охлаждаться, после чего энергоблок начал плавиться. Ситуацию удалось стабилизировать, топливо – охладить, и корпус реактора уцелел. Тем не менее, в Пенсильвании сотни и тысячи людей рисковали умереть мучительной смертью по причине профнепригодности персонала станции, совершившего ряд недопустимых ошибок. Работавшие на АЭС специалисты не обладали должным набором знаний, инструкции были неполны и противоречивы. Пытаясь взять ситуацию под контроль, ядерщики действовали буквально наугад – методом научного тыка. У них было несколько возможностей предотвратить аварию на раннем этапе, но они не догадались ими воспользоваться.

Все это шокировало американцев особенно сильно. Многие из них были абсолютно убеждены, что Пенсильванию спасло лишь божественное вмешательство, и в каком-то смысле так оно и есть. Если бы не ряд счастливых случаев, Америка получила бы как минимум утечку зараженной воды и массированный выброс радиоактивных газов.

Со своей стороны власти (и тут надо отдать им должное) сделали все, чтобы успокоить население и предотвратить настоящую панику. В значительной степени нервный срыв у целой страны был спровоцирован губернаторским распоряжением о добровольной эвакуации, не отмененном даже после заверений Комиссии по ядерному регулированию о том, что опасность миновала и в эвакуации нет нужды (к этому не прислушались почти 200 тысяч человек). Но руководство и Комиссии, и штата, и страны в целом намеренно сделали ставку на максимальную открытость для прессы. А спустя четыре дня после аварии на Три-Майл-Айленд, ряд помещений которой подверглись существенному радиоактивному загрязнению, АЭС лично посетил президент Джимми Картер. Там он долго и многозначительно смотрел на приборы. Все это, впрочем, не помогло ему переизбраться. Наоборот, авария в Пенсильвании добила его шансы на второй срок.

Диссидент во главе государства

Картер – нетипичный человек для Белого дома. По сути, он правозащитник в кресле президента. Слишком левый и либеральный для своей эпохи деятель, избрание которого стало возможным только из-за кризиса доверия к власти на фоне разоблачения Никсона и «Уотергейта». Картер был близок к простому народу, много занимался проблемами бедных и меньшинств (болезненно актуальных), верил в возможности мира во всем мире, отказался от поддержки «своих» в Латинской Америке (именно благодаря этому в Никарагуа пал диктатор Сомоса и к власти пришел Ортега) и от военных вторжений туда же.

Впоследствии он активно занимался международной миротворческой деятельностью (вручение ему Нобелевской премии мира отнюдь не постыдно, в отличие от случая Обамы), критиковал состояние американской демократии и по сей день обладает большим авторитетом в Демократической партии, несмотря на крайне неудачное президентство и разгромное поражение на выборах от Рейгана.

Да, экономика страны сбоила. А в остальном прогрессивному Картеру просто не повезло: на его каденцию пришлась цепь событий, по совокупности ввергнувших Америку в депрессию. В этом ряду и захват посольства в Иране, и авария на Три-Майл-Айленд. В конце концов, американцам просто надоело жить «по-картеровски», эдак по-диссидентски – каяться за ошибки Родины и отказываться от своей исключительности. Им захотелось вновь побеждать – и Картеру указали на дверь.

Сейчас Картеру 94 года, то есть, он самый долгоживущий из всех американских президентов, хотя побывал на АЭС вскоре после опасной аварии. Конечно, значение тех событий не стоит преувеличивать – такой визит не мог состояться, если бы существовал реальный риск для жизни и здоровья главы государства. Однако представить в такой роли, к примеру, Никсона или Буша трудно.
Как бы там ни было, во главе государства в момент аварии на Три-Майл-Айленд оказался именно тот человек, который не побоялся обратить вспять развитие американской атомной энергии. Как и многие люди столь же левых взглядов, Картер не питал симпатий ко всему ядерному, будь то оружие или энергия. Противники АЭС, которых на одном только марше по Нью-Йорку набралось 200 тысяч, были быстро услышаны.

Более 30 лет в США не выписывали разрешений на строительство новых АЭС. Более 70 ранее утвержденных проектов были заморожены. При этом специализированная «ядерная» служба при правительстве полностью переквалифицировала свою деятельность, начав заниматься в основном проверкой безопасности объектов.

АЭС Три-Майл-Айленд, как и многие другие американские АЭС, была бизнесом, находящимся в частной собственности. Столь ужаснувший страну уровень квалификации ее сотрудников (точнее, рассказы журналистов об оном) и привел к тому, что американская атомная энергетика начала движение в сторону значительного увеличения контроля со стороны государства.

В настоящий момент АЭС обеспечивают электричеством пятую часть США, которые остаются крупнейшим производителем атомной энергии. Более того, впервые со времен Картера ведется строительство новых реакторов. Но авария на Три-Майл-Айленд фактически остановила расширение отрасли, что заставило американцев обратить внимание на развитие альтернативных источников и изменить свою международную энергетическую политику.

Дмитрий Бавырин, «Взгляд»

Поделиться.

Комментарии закрыты