Константин Райкин: «Диалог с отцом веду всю жизнь»

0

Актёру, режиссёру, педагогу, художественному руководителю театра «Сатирикон» Константину Райкину исполнилось 70 лет. Как выяснилось, к такой дате у юбиляра своё особое отношение.

— Константин Аркадьевич, с какими чувствами вы встречаете своё 70-летие? Довольны ли вы своими достижениями и чем особенно гордитесь?
— Вообще, слова «горжусь», «доволен» — это всё не про меня, ко мне эти глаголы как-то не идут. Я человек, который не испытывает гордости за какие-то свои дела. Я как пловец во время заплыва, которому некогда думать о каких-то абстрактных вещах, а надо постоянно грести, барахтаться, работать руками и ногами. А для того чтобы гордиться, надо выбраться из воды на берег, обсохнуть — и вот тогда уже гордиться своими успехами, если они есть. А я пока в этом потоке и продолжаю плыть — во всяком случае, я так считаю. Так что я бы сказал так: для гордости у меня пока нет времени. Некогда мне гордиться. Но это не значит, что я не люблю то, чем я занимаюсь. Я вообще-то люблю своё дело.

А доволен ли я? «Ты им доволен ли, взыскательный художник?» — говорил Александр Сергеевич Пушкин. Я как-то об этом не задумывался. Я просто считаю какие-то свои дела, связанные с театром «Сатирикон», важнейшими делами моей жизни. А они ещё не закончены, в театре идёт строительство. Гордиться — это где-то на глубокой пенсии уже. А я всё-таки пока рабочий человек. И мне некогда ни гордиться, ни быть довольным.

— Вы фильмы со своим участием пересматриваете или не любите это делать, как говорят некоторые?
— Почему, я смотрю, когда есть возможность. К кино я по-другому отношусь. Это замечательный вид искусства. Но меня всегда интересовал в первую очередь театр. Хотя я снимался в кино и интересовался результатами. Конечно, есть артисты экзальтированные и капризные, которые не могут на себя смотреть. Но я к таким не отношусь. Я не думаю о себе, что я высокий синеглазый блондин, а тут вдруг увидел, что я лысый и маленький. Я знаю, что я лысый и маленький, и могу спокойно на себя такого смотреть. Более того, я в своей лысости и маленькости вижу ряд преимуществ перед синеглазыми блондинами: я могу себе позволить то, что ни один из них не может позволить!

— В своём творчестве оглядываетесь ли вы мысленно на отца? Оцениваете ли вы то, что делаете вы, с точки зрения «а что сказал бы папа»? Используете ли вы в своей работе его идеи, наработки?
— Давайте с конца: не использую я его наработки. Ну как их можно использовать? Всё-таки Аркадий Райкин — это уникальное явление, я считаю. И в актёрском мире, и в театральном мире в целом. Это такая особая звезда на небосклоне, особая планета. Он был так своеобразен и ни на кого не похож, что у него, как бы парадоксально это ни звучало, не было возможности почти ничему у кого-то научиться. Вот такие вот есть явления в искусстве, настолько своеобразные, что ни им, ни у них впрямую перенять ничего невозможно. А диалог с отцом я веду всю жизнь.

— Ваша дочь Полина служит в вашем театре. Как вам в семейном тандеме работается?
— У меня чёткое разделение: я с ней работаю как с актрисой Райкиной. Полина Райкина — актриса театра, на которую я возлагаю определённый груз ответственности. Я делаю замечания ей, иногда в процессе работы могу быть недовольным, предъявлять какие-то претензии и так далее.

Валерия Хващевская
«Звездный бульвар»

Share.

Comments are closed.