Роман Курцын: «Мы играли в реальном огне»

0

Фильм «Огонь» посвящен героическим будням отряда пожарных-спасателей. Metro поговорило с одним из главных актёров картины, Романом Курцыным, о работе факиром, инструкциях и воспитании оптимизма.

– Бороться пришлось за роль?
– Мне кажется, у нас довольно мало актёров, работающих в жанре экшен так же убедительно, как и я. Думаю, что продюсеры и режиссёр после моих проб больше никого и не искали. Я им так сразу и сказал: «Можете меня сразу утверждать». (Смеётся.) Тем более что у меня есть опыт работы с огнём. Когда я учился в театральном институте, то подрабатывал факиром. Меня тогда называли Роман Пламенный. (Смеётся.)

– Выступали с фаер-шоу?
– Да, очень хотелось зарабатывать деньги. И однажды я увидел по телевидению, как египетские факиры выдувают огонь изо рта. Подумал, почему бы тоже не попробовать. Попробовал в коридоре театрального института – сжёг потолок. (Смеётся.) Но методом проб и ошибок научился. Несколько лет потом работал с огнём, пока в 2006 году у меня на выступлении не загорелось лицо. А я к тому времени уже начал сниматься в кино, поэтому решил, что с огнём пора завязывать.

– На съёмках вспомнили старые навыки?
– Да, по сценарию мой герой считает, что он заговорённый, что его огонь не берёт, и каждый выезд на пожар для него как схватка на ринге. Поэтому он тоже умеет дышать огнём, делает разные фокусы. И ещё я предложил добавить в фильм трюк с горением на коже. В Голливуде его делают, а у нас в кино пока не было такого. Режиссёр согласился, мы заказали специальную мазь двухкомпонентную: один слой – защитный, другой – горючий. Наносишь её – и 3 минуты можешь гореть, ничего не чувствуя. По сюжету мой герой бежит по лесу в открытой майке и на него сверху падает горящая смола. Мне нанесли мазь, начали снимать. Я сделал одно движение – и тут же загорелся. Через пару дублей у меня уже были сплошные ожоги. Я подумал: что-то мы не так делаем, и решил прочитать инструкцию. (Смеётся.) Оказалось, что трюк можно делать только в статических кадрах, двигаться нельзя, иначе огонь перекидывается на незащищённую кожу. Вот так в фильм вошёл момент, где я бегу с горящими руками. И я правда в тот момент горел.

– И зрителям передаётся весь ужас происходящего. Кажется, что находишься в горящем лесу.
– Мы снимали в реальном огне. В огромном павильоне было высажено около 60 деревьев. Внутри них были встроены горелки, в которые поступал газ, и деревья одновременно загорались. Под конец дубля павильон разогревался до 300 градусов. Я помню момент, когда нам дали команду бежать «в лес», а мы стоим просто перед стеной огня – деревья горят, и там даже просвета нет. Мы смотрим друг на друга, и тут Константин Хабенский первым прыгает в огонь. Тогда нам стало стыдно, и мы за ним сиганули. (Смеётся.)

– После таких съёмок надо звание героя давать.
– Нет, настоящие герои – это люди, про которых мы снимали. Мы что? Просто месяц побегали в павильоне, нас на каждом этапе страховали и после каждого ожога смазывали кремом. А ребята каждый день жизнью рискуют, спасают людей, целые деревни и города.

– «Огонь» – классический фильм о сильных мужчинах, которых на экране становится всё меньше и меньше. Как вы относитесь к тому, что, например, в голливудском кино всё чаще женщины занимаются спасением мира?
– У нас своя Лара Крофт ещё не появилась. Но, наверное, придёт и такое время. Мне будет интересно за этим понаблюдать. Но я в принципе за кино, которое мотивирует, неважно, кто герой – мужчина или женщина. Я помню себя в детстве в 90-х, когда после каждого боевика нам хотелось начать тренироваться, кого-то спасать. А сейчас молодёжь смотрит на блогеров, хейтеров, пранкеров. Уходит ценность образа настоящего мужчины, который должен быть спортивным, уметь постоять за себя. Дети перестали спортом заниматься. У меня своя школа карате, и я вижу, что родители отдают детей не к нам, а в школу блогеров. 11-летние парни учатся танцевать и снимать видео. Для меня это просто потерянное поколение.

– Насколько сложным для вас оказался 2020 год?
– На самом деле я пандемии даже благодарен. Потому что за те 3 месяца, что у меня не было съёмок, я открыл свой бизнес – компанию по производству и продаже сбалансированного питания Kurtsynfood. Сделал то, что давно планировал, но на что не хватало времени. Всё от человека зависит. Либо ты ищешь негатив, и тогда ты его находишь в любой ситуации, или ты везде видишь позитив и умеешь наслаждаться каждым днём своей жизни.

– Вы от рождения такой оптимист?
– Не знаю, просто запомнил, как мне мама в детстве сказала, что все проблемы даются не просто так. Когда у тебя происходит в жизни что-то тяжёлое, тебе надо пройти этот этап, потому что тебя готовят к чему-то очень хорошему. Поэтому все препятствия у меня вызывают азарт: так, что ещё я должен пройти, чтобы дойти до цели? Я очень благодарен родителям за своё воспитание.

– Вы с любовью говорите о семье, но при этом в вашем аккаунте в соцсети нет ни одного фото с родными.
– Я не тот человек, который в соцсетях будет рассказывать о личном. Меня вообще дико раздражает, когда актёры выкладывают на публику всё подряд. В моём детстве артисты казались недосягаемыми, у меня было ощущение, что они небожители, что у них голубая кровь. Никто не знал, как они живут, с кем, какие у них проблемы. А сейчас актёры приходят на ток-шоу и начинают рассказывать, показывать, рыться в нижнем белье. Мне кажется, это неправильно. Ты же потом смотришь на них в кино и думаешь: этот человек бросил жену, этот ударил кого-то. И всё, у тебя ломается восприятие. Я считаю, никому не интересны твои проблемы. Показывай позитив, заряжай людей хорошей энергией.

Мария Позина
Metro

Share.

Comments are closed.