Жан-Поль Сартр: «Любовь – это предоставлять свободу»

0
Со дня рождения писателя исполняется 115 лет

Он не был красавцем, но Сартра обожали женщины, с которыми, по воспоминаниям современников, тот был поразительно груб. Главный роман, если эту связь можно назвать таким словом, сложился у писателя с французской феминисткой Симоной де Бовуар.

«Существо без смысла и цели»

Жан-Поль Шарль Эмар Сартр – парижанин. Он родился 21 июня 1905 года в семье буржуа. Ребенок не запомнил родителя – офицера военно-морского флота: Жан-Батист умер от желтой лихорадки, когда мальчику исполнился год и 3 месяца. Позже сын своеобразно «поблагодарит» родителя, назвав преждевременную смерть Сартра-старшего единственной заслугой: отец не воспитывал его и не подавлял.
Мать Анн-Мари баловала ребенка, жалея, что тот растет без отца. Еще одной причиной неуемной материнской нежности оказалась внешность мальчика: Жан-Поль родился с косящим левым глазом и бельмом на правом. Избалованный мальчик к 12 годам вырос нарциссом и эгоцентриком. Но в зрелом возрасте философ и эссеист признался, что в ранние годы ощущал себя «опешившей тлей, существом без смысла и цели».

Его мама – из эльзасских ученых. Шарль Швейцер, дедушка Сартра, – филолог-германист, профессор, основавший в столице Франции лингвистический вуз. Дядя – Альберт Швейцер – нобелевский лауреат, теолог и христианский гуманист. Вырос Жан-Поль Сартр в Медоне, в доме знаменитого деда, где родные окружили мальчика заботой и любовью. Но и они благодарности не дождались: в романе «Слова» писатель назвал жизнь в доме адом, в котором царило тлетворное лицемерие. Примечательно, что дядя, выросший в том же доме, описал семейную атмосферу как удивительно теплую.

Атеизм Сартра стал продуктом воспитания. Бабушка-католичка и дед-протестант беззлобно подначивали друг друга, посмеиваясь над религией своей половинки, из чего Жан-Поль сделал вывод, что обе религии гроша ломаного не стоят. Образование философ получил в лицее портового Ла-Рошель на западе Франции, затем в престижном парижском вузе Normale Sup (Высшая педагогическая школа), пройдя трудный конкурс. После защиты философской диссертации и работы преподавателем философии в Гаврском лицее Сартр в середине 1930-х отправился на стажировку в Берлин. После возвращения в Париж молодой ученый вернулся к работе преподавателя.

«Я вас люблю ради верности самому себе»

Еще студентом он встретил Симону де Бовуар, она не была красавицей, но в ней присутствовало очарование настоящей француженки. Девушка красиво и модно одевалась, у нее были яркие голубые глаза и хрупкая изящная фигура. Но Сартра очаровало не столько это, сколько поразившее его «сочетание мужского интеллекта и женской чувствительности».

Для Симоны же Сартр, с его незавидной внешностью — косящие глаза, жидкие волосы, животик, являлся, как ни странно, воплощением юношеских грез. Именно о таком человеке, который был бы ее двойником и в мыслях, и в целях, она мечтала. И всегда хотела быть направляемой таким сильным и свободным умом. Симона испытала счастье, когда Сартр сказал ей: «Отныне я беру вашу судьбу в свои руки». Ей был 21 год, ему — 24. Никакого штампа и совместно нажитого имущества – это буржуйство, никаких ограничений в сексуальной свободе – это малодушие. «Любовь не имеет ничего общего с обладанием. Её высшее проявление — предоставлять свободу», – так писал Сартр. А Симоне он заявил: «Я вас люблю, потому что я по своей свободной воле связал себя обязательством любить вас и не хочу изменять своему слову; я вас люблю ради верности самому себе».

Симона с радостью поддержала своего избранника. Ей тоже претила вся эта надуманная идиллия у домашнего очага с наваристыми супами и мягкой супружеской постелью. Ее отец, разорившийся адвокат, и мать, ревностная католичка, всегда считали дочь бракованным ребенком. Вдолбленные с младых лет религиозные доктрины Симона враз отвергла после одного причастия, когда святой отец слишком усиленно надавил на затылок кающейся 14-летней девочки, принуждая ее склоняться к самой земле. А ее поступление в Сорбонну на философский факультет в стремлении стать преподавателем, чтобы самостоятельно зарабатывать себе на жизнь, в то время как нормальные девушки рассчитывают на удачное замужество – это тоже был вызов.

Заключив свой прогрессивный союз, Сартр и Симона впредь никогда не жили под одной крышей. Они вообще разъехались в противоположные стороны – преподавать. Студентки были от оригинального и красноречивого профессора без ума и всячески одаривали его вниманием. Симона, безумно любящая своего мужа и восхищавшаяся им, пыталась не ревновать — супруги считали, что ревность – это мещанство.

В 1937 году они осели в Париже. Их семейная жизнь напоминала какой-то феерический спектакль. Иногда они играли в небогатых скучных буржуа, иногда строили из себя миллиардеров, Жан-Поль и Симона обожали розыгрыши и пародии. «Вымысел помогал нам лишать мир давящей тяжести, перемещая его в область фантазии», — напишет потом Симона.

«Это были мои крабы»

Пара любила проводить время в мастерских художников, а также в знаменитом кафе «Три мушкетера» на авеню Мэн. В кругу их общения были преимущественно маргиналы, скандальные разоблачители буржуазного общества. Эту необычную чету интересовали экстремальные состояния человека, неврозы и психозы. Сартр проводил опыты с галлюциногенными препаратами, он решил попробовать мескалин. В 1935 году друг, доктор Даниэль Лагаш, пригласил его принять участие в эксперименте в больнице Сент-Анн в Париже, где философу под наблюдением дали мескалин (кактус, который индейцы издавна употребляли во время религиозных церемоний). «Похоже, у Сартра не было бэд трипа в классическом смысле, мучений от серьёзной и длительной панической атаки, – написал Гари Кокс в биографии Сартра. – Но ощущение было не очень приятным, ему не понравилось». Однако самые горькие последствия проявились позже.

«Дня через два Сартра стали преследовать всё менее и менее приятные галлюцинации. Например, ему казалось, будто за ним гонится гигантский краб. Сартр также рассказывал, что видел орангутангов, циферблат с чертами совы и дома, щелкающие челюстями. Странные видения преследовали его добрых полгода. Позже Сартр вставил часть своих галлюцинаций в роман «Тошнота», в те сцены, где главный герой Рокантен чувствует, что сливается с окружающим пространством», – написал Роберт Шнакенберг в книге «Тайная жизнь великих писателей».

В интервью профессору политологии Джону Герасси Сартр отметил, что однажды крабы даже преследовали его по Елисейским полям в Париже: «Они следовали за мной по улицам, в класс. Я к ним привык. Просыпался утром и говорил: «Доброе утро, мои маленькие, как спалось?» Я бы говорил с ними всё время». Философ думал, что сошёл с ума, и обратился к своему хорошему другу и психоаналитику Жаку Лакану. Как рассказывал Сартр, вместе они пришли к выводу, что крабы символизировали его страх одиночества: «Крабы оставались со мной до того дня, пока я не решил, что они мне надоели и что я просто не буду обращать на них внимание. Это были мои крабы. Я к ним привык. Мне хотелось, чтобы они вернулись».

Крабовый мотив укоренился в работах Сартра. Он регулярно упоминал их в своих произведениях. Самое безумное использование крабов встречается в «Затворниках Альтоны», где главный герой Франц воображает, что к тридцатому веку человечество исчезнет, а вместо него будут жить сверхразумные крабы, для которых он записывает свои торжественные монологи.

«Она пришла, чтобы остаться»

Через пять лет отношений с Симоной в жизни Сартра появилась постоянная любовница. Юная русская аристократка Ольга Козакевич обожала танцевать и развлекаться и презирала всякие условности и запреты. «Она претендовала на то, чтобы вырваться из плена человеческого удела, которому и мы покорялись не без стыда», – напишет потом Симона.

Козакевич настолько очаровала писателя, что, покинув Симону в Париже, он провел с новой любовницей весь свой отпуск. А потом де Бовуар приходилось наблюдать за тем, как Козакевич, ничуть не смущаясь ее присутствия, обнимает Сартра, садится к нему на колени. Симона в долгу не осталась – соблазнила Козакевич и посвятила ей роман «Она пришла, чтобы остаться». Любовница стала членом семьи, а Сартр увлекся ее сестрой – Вандой. Затем преподавательница Бовуар соблазнила 16-летнюю ученицу Натали Сорокину. Вскоре девушка стала любовницей Сартра. Мать Сорокиной пожаловалась в министерство образования, и Симону уволили.

Когда началась Вторая Мировая война, Сартра мобилизовали в армию. Симона осталась в Париже, продолжала преподавать и писать книги. В июне 1940 года пришло известие о том, что Сартр попал в немецкий плен. Симона тяжело переживала это событие. Через три года ее муж вернулся. Ему очень понравилась книга Симоны, он помог ей издать ее труд и стал поощрять ее занятия литературой. А потом основал газету «Комба», где, конечно же, популяризировал свою философию — гуманистический экзистенциализм. В это время супруги сблизились с Альбером Камю. Когда закончилась война, вокруг Сартра, де Бовуар и Камю организовался довольно большой круг интеллектуалов.

Однако любовные приключения Сартра продолжались. Симона потихоньку выпивала, а одна юная интеллектуалка из обожателей философа даже попыталась ей плеснуть кислотой в лицо. В 1945 году Сартр уехал в Нью-Йорк один. Там писателя настигла новая любовь, которой стала актриса Долорес Ванетти Эренрейх. Через год Симона тоже вылетела в США. Но не затем, чтобы вернуть неверного супруга, — ее пригласили несколько американских университетов. Она согласилась и не прогадала.

«Моя смерть нас объединит»

В Америке Симона встретила новую любовь. Ее предыдущие постулаты о единственной любви были опровергнуты — в 39 лет она влюбилась в писателя Нельсона Олгрена. Изголодавшаяся по понятной всем любви между мужчиной и женщиной, Симона пересекала океан ради коротких встреч. А Нельсон ждал ее в уютном домике с забором и подстриженным газоном, кормил из ложечки, дарил шелковое белье и непрестанно звал замуж. И она клялась: «Я буду умницей, послушной восточной супругой, вымою посуду, подмету пол, куплю яйца и печенья, я не дотронусь до твоих волос, щек, плеч, если ты мне не позволишь».
Нельсон только и мечтал, чтобы «позволить». Но Париж, Сартр и его союз с де Бовуар оказались сильнее простых человеческих радостей. Симона так и не стала женой Нельсона и после 15-летней связи разорвала отношения. А Олгрен еще и разгневался на де Бовуар, когда прочел в ее романе «Мандарины» интимную историю их любви.

Сартр увлекся Арлеттой Элькаим, молоденькой хорошенькой еврейской девушкой из Алжира, и в какой-то момент решил удочерить ее, в ответ на это Симона удочерила одну из своих учениц — Сильвию ле Бон. В 1964 философ отказался от Нобелевской премии, не желая, чтобы его превратили в «общественный институт», против которого он так рьяно выступает. Сартр защищал евреев, протестовал против алжирской и вьетнамской войн, обвинял Америку за вторжение на Кубу. Весной 1968 года во время студенческих бунтов внутрь захваченной Сорбонны пустили только 63-летнего Жан-Поля. Во время беспорядков, связанных с очередным протестом, мыслителя и кумира студентов задержали. Шарль де Голль, услышав об этом, произнес: «Франция Вольтеров не сажает». И философ вышел на свободу.

В 1970 году Сартр тяжело заболел. Симона преданно ухаживала за ним. Через 10 лет писателя не стало. Спустя год после его смерти де Бовуар опубликовала воспоминания о последних десяти годах его жизни – «Прощание с Сартром». Она закончила книгу словами: «Его смерть разлучила нас. Моя смерть нас объединит». Бовуар пережила Сартра на 6 лет. Забытая всеми, она умерла 14 апреля 1986 года в одной из больниц Парижа. Симону де Бовуар похоронили рядом с Сартром на кладбище Монпарнас.

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Суперстиль» , Cameralabs.org, 24smi.org

Share.

Comments are closed.