Смешинки

0

Честно ответил

Увидел в магазине, как маленький мальчик выпрашивал у мамы дорогую игрушку. Спустя 10 минут уговоров мама наклонилась к нему и спросила: «А ты будешь любить меня еще больше?» На что мальчик ответил: «Мам, я уже и так на пределе!»

«А наш-то шеф – молодчина»

Как-то захожу в кабинет к подчиненным. Вспомнил, что нужно срочно спросить у Олега (один из сотрудников) насчет отчета. А тут как раз его закадычный друг, Виталик. Прошу: «Виталик, будь добр, набери со своего мобильного Олега, а то мой телефон на зарядке в моем кабинете, долго идти». Тот набирает и передает мне трубку. Приложив ухо к трубке, я услышал голос Олега: «Слушай, Виталька, я тут с Кристиной в подсобке, мы заняты интересным делом, если наш толстый свин спросит меня, скажешь, что я на дальнем складе, хорошо?»

Слегка офигев от услышанного, ибо я понял, что «свин» – это я, сбрасываю вызов и возвращаю телефон Витальке. Тот взглядом спрашивает, мол, ну как? Говорю: «Да что-то слышно плохо, помехи какие-то, только пару слов разобрал, что Олег на складе. Вот молодец, а то я сам хотел его туда послать». В течение последующего месяца Виталик и особенно Олег были образцовыми сотрудниками: трудолюбивыми и дисциплинированными. Даже по выходным иногда выходили работать. Такое рвение!

Попутно с этим они и так и этак пытались выведать у меня, что я слышал в трубке. Не стал признаваться. Пусть помучаются. Ничего по этому поводу я не предпринял. Работники они, по сути, нормальные, опытные. И за «свина» тоже не в обиде, давно себя запустил, надо в спортзал пойти и на диету сесть. А недавно прохожу мимо курилки, где были Виталик и Олег, и слышу фразу: «А наш-то шеф – просто молодчина, я его теперь еще больше уважаю».

Отличная анестезия

Несколько лет назад я попал на операционный стол – делали операцию на ноге. Должны были делать несколько надрезов, крайний из которых – в паху по линии сгиба ноги. Лежу я под наркозом на столе, меня режут. Но минут за 20 до окончания операции наркоз начинает отпускать, и я просыпаюсь. Приоткрыл глаза – передо мной тканевый экран, из-за которого ничего не видно. Ну я и решил притворяться спящим дальше, дабы не нервировать хирурга (мне делали анестезию в позвоночник, от которой я не чувствовал ног и всего, что ниже пояса, поэтому было практически не больно).

Доходит очередь до крайних надрезов, как раз возле моего мужского органа, который, похоже, врачам сейчас мешает и хирург его в сторону постоянно отодвигает. Очевидно, от всех этих манипуляций у меня случился нормальный такой стояк! Понял я это не только по смешкам врачей находящихся в операционной, но и потому, как сидящие возле изголовья две молоденькие медсестрички резко подскочили на это явление поглазеть.

Лежу я, значит, на операционном столе и притворяюсь самым спящим человеком на земле – стыдобища! И тут хирург, обращаясь к анестезиологу, говорит: «Петрович, ты мне такую же анестезию сделай – я хоть жену порадую!»

Экзамен в Оксфорде

Один израильтянин, будем для простоты звать его Йоси, учился в Оксфордском университете. Учебное заведение это весьма знаменито тем, что существует уже более 800 лет, а сэр Исаак Ньютон был там деканом физического факультета, и так далее…

Итак, сидит однажды Йоси на экзамене, который должен продолжаться 6 часов (есть там такие экзамены, не приведи господи). Спустя пару часов от начала экзамена Йоси поднимает руку и подзывает экзаменатора. Экзаменатор подходит к Йоси (он, разумеется, считал, что Йоси желает получить какие-либо разъяснения или просто выйти в туалет) и слышит буквально следующее:

— Господин экзаменатор, я желаю получить сейчас причитающиеся мне копчёную телятину и пиво.
— Верно ли я понял, — спрашивает экзаменатор, — в говорите о копчёной телятине и пиве?
— Да, — отвечает Йоси, — Я говорю о причитающихся мне копчёной телятине и пиве.
— Простите, — говорит экзаменатор, — но почему вы решили, что вам причитаются телятина и пиво?
Тогда Йоси вытаскивает из сумки некий увесистый том и показывает его экзаменатору.
— Вот, — говорит Йоси, — свод законов Оксфорда со дня его основания. Есть здесь закон от 1513 года, который гласит, что каждому экзаменующемуся более четырёх часов причитается кусок копчёной телятины и кружка пива. И этот закон никогда не был отменён.

Экзаменатор пытается спорить, ссылаясь на техническую невозможность выполнить просьбу Йоси. Потом экзаменатор вызывает своего начальника, и они совещаются вдвоём. Англичане есть англичане, они зациклены на законах и там невозможно просто так сказать «нет»! С другой стороны, недавно принят закон, запрещающий употребление алкоголя на территории университета. Да и с копчёной телятиной уже не так просто, как бывало. В результате длительных переговоров стороны соглашаются на гамбургер и кока-колу. Йоси уплетает еду и совершенно счастлив тем, что утёр нос этим спесивым и глупым британцам за их же счёт.

Через несколько дней Йоси обнаруживает в своём почтовом ящике вызов на университетский суд (там, где работают законы, бывает и суд). Студент абсолютно уверен, что пара старичков скажет ему «ну-ну-ну», на что он, Йоси, пообещает впредь вести себя хорошо, и на том всё и закончится.

Он прибывает в суд. Входит в огромный старинный зал с колоннами, высоченным сводчатым потолком, фресками на стенах и витражными окнами. За бесконечным столом сидят 150 профессоров, 45 деканов, 20 ректоров, всевозможные пэры и лорды — почётные выпускники университета. Все в париках и мантиях. С лицами членов инквизиции. И они вершат суд над Йоси. И они отчисляют его из университета за нарушение закона от 1415 года, который никогда не был отменён. За явку на экзамен без меча!

Как в детстве

Магазин. Поздний вечер, народу совсем мало. С противоположного конца молочного отдела огромный парень лет 20 катил в мою сторону свою переполненную телегу с товаром. Позади шла женщина, видимо, мама. Я изучал полки и особо не приглядывался к маме с сыном, но вдруг женщина тихо сказала:
– Как дурачки. Кто вам поверит, что трезвые? Только позорите меня.

Я оглянулся и вот тогда заметил, что в тележке, с картошкой и луком в руках, ехал седой мужик. Ехал и широко улыбался. Сын ответил маме:

– А что такого? Папа меня все детство на такой тележке катал, что он не имеет права хоть раз в жизни так же проехаться?

Седой мужик в тележке, как бы извиняясь, подтвердил:
– Мама, это не я придумал, он сам уговорил. А, кстати, совсем неплохо. Тебе точно не тяжело, сынок?
Семья скрылась за колбасным отделом, а мне в голову пришли две мысли. Первая: «Взрослые люди, а занимаются в общественном месте всякой фигней». Вторая: «Когда мой сын вырастет и хоть раз в жизни предложит прокатить меня на магазинной тележке, я тоже, не задумываясь, соглашусь…»

Страшный зверь

Звоню приятелю, Мишке. Он берет трубку, а оттуда слышатся матерные слова, какая-то ругань, возня, крики. Ору в трубку: «Эй, Миша, что там у тебя творится?! Я ничего не слышу из-за криков…» Наконец, крики чуть ослабли, и товарищ отвечает: «Да этот дурак замучил уже, когда-нибудь прибью его, надоел!» Ор из трубки снова начал нарастать. Кричу Мише: «Да ты можешь толком объяснить, что вообще у тебя там такое происходит?» Опять слышится сумасшедший гвалт из трубки, маты трехэтажные, ничего не слышно.

Через минуту все внезапно стихает. Из трубки доносится облегченный вздох Мишки, потом, наконец, слышу его объяснения: «Все, еле закрыл этого разбойника в спальне, теперь можем с тобой нормально поговорить». Я, не понимая, о ком идет речь, и, вспоминая, что вроде семья у Мишки приличная, спрашиваю: «Кого закрыл, брата Костика, что ли?» Мишка хохочет: «Нет, ты что?! Какого брата, он на работе… Мурзика, котяру своего!»

Потом пояснил: «Представляешь, пару часов назад купил себе пива, думал, расслаблюсь, кино посмотрю. Зацепил открытую бутылку, и пиво пролилось на пол. Побежал за тряпкой, возвращаюсь, а Мурзик лакает с пола пиво. Нализался конкретно. Ему ведь немного и надо! А потом кот начал буянить, сначала носился по квартире, как оглашенный, стукаясь об мебель и все углы, потом стал на меня бросаться, штаны домашние мне порвал, сейчас в спальне бесится».

«Да уж, страшнее зверя, нежели пьяный кот, не найти!» – подумал я.

Источник: «Избранное» , «Элитная коллекция юмора» , zelv.ru

Share.

Comments are closed.