Теперь вместо фразы «увидеть Париж и умереть» впору говорить: «Увидеть Париж и получить инфаркт от увиденного».
ТП — нет, не то, что вы подумали, а Триумф Пошлости, два слова для того, чтобы охарактеризовать церемонию открытия «олимпийских» игр в Париже в 2024 году… И даже несчастная больная Селин Дион ситуацию не спасла…
Было всё — Мария-Антуанетта с собственной говорящей головой под мышкой; папа Смёрф без трусов, но с гирляндой на причинных местах; то ли баба с бородой, то ли мужик в бабском корсете (не очень понятно, да и неважно); жуткое лазерное шоу в стиле хайтека начала восьмидесятых с Эйфелевой башней в качестве задника; заплыв барж с олимпийскими командами вниз по Сене под проливным дождем (израильскую команду, как и следовало ожидать, дружно освистали); реконструкция «Тайной вечери» да Винчи с педерастами и трансгендерами в качестве апостолов и разожравшейся бабой с жутким декольте — на месте Христа; упитанная грудастая и бедрастая леди Га-Га, изображавшая дешёвый варьете шантан; канкан с какими-то мужиками в розовых штанах; бледный (покрытый серебряной краской) всадник прямым ходом из апокалиптических апокрифов; фейерверки, дым, шум, гам, грохот металлического рока вперемешку с парижским шансоном в исполнении разноцветных шансонье, в общем, вы примерно поняли…
Все это поливал проливной дождь… Это небеса оплакивали то, во что превратился город Бальзака и Золя, Хэмингуэя и Фитцджеральда, Стайн и Саган, ну в общем, вы сантимент поняли… И всё это уже не смешно, не страшно, не противно, это уже вообще за пределами нормального человеческого восприятия… Конец культуры, финита.
Ну и розочка на клумбе из навоза — саботаж на высокоскоростной железной дороге, приведший к транспортному хаосу во Франции, согласно министру иностранных дел Израиля, это дело рук Ирана…
И хочешь — не хочешь, но этот псевдоспортивный шабаш лезет изо всех утюгов, электрочайников и прочих гаджетов… Что ни включишь — истерично-восторженные визги пропагандистов, празднующих «единство, толерантность, братство и молодость»… Насчет единства и братства не уверена, зато два других ингредиента присутствуют с лихвой, молодость — по дефолту (не напрыгаешься в зрелые годы, это дело молодых), а толерантность — как новая религия…
Хотя с толерантностью не всё так гладко — организаторам этого псевдоспортивного шабаша пришлось публично извиняться перед «оскорбившимися в своих чувствах» христианами, выдавая в пространство нечто вроде: «Да мы не карикатуру на последний ужин Христа делали и издевались над сакральными вещами (ибо для нас ничего святого нет), а наоборот — призывали всех любить друг друга вне зависимости от расовой, половой и прочих принадлежностей». Католики не оценили и громко возмутились (православные тоже не обрадовались, но громкого возмущения от православной церкви, в отличие от католической, не последовало, и это правильно — пусть они там сами в своём дерьме булькотят, нас это не касается).
В связи со всем этим, как человек неверующий, но с уважением относящийся к религиям и их последователям, скажу одно всем тем, кто сейчас громко верещит на тему «церковного религиозного мракобесия и позволительности смеяться над всем абсолютно, без исключения, как проявлением свободы слова и выражений», — лицемеры вы. Лицемеры все те, кто вступился за режиссера Тома Жолли, который всё это вывалил в пространство… Ибо я на сто процентов уверена, что если бы вместо сцены последнего ужина Христа Жолли бы повеселился, устроив пляски ортодоксальных евреев в ледерхузен, выкаблучивающихся в стиле шуплатлер (традиционный танец баварских немцев) в шабат, все те граждане, которые потешаются над христианами, оскорбившимися попранием сакральных для них вещей, громко, в один голос бы заверещали нечто совершенно противоположное тому, что они верещат сейчас…
Lucy Dickerson